- Если думаешь, что она тебя простит, слишком плохо знаешь мою сестру. Ни за что на свете и никогда. Но давай, беги, валяйся у её ног, как последний идиот. Или, - замолчала, снимая топ, - тр… меня здесь и сейчас. Если ты меня любишь, то мы будем вместе. А, если уйдёшь, можешь забыть.

Не знаю, что решил Никита, но он остался. А Полина, как я и предполагала, не позвонила матери. Она всегда ненавидела телефоны, предпочитая реальное общение. Так и теперь полетела к ней на всех порах. А дальше авария. И лучший её исход – смерть.

Иногда я думала, что стану делать, если она ограничилась бы ушибами. Полина могла сломать всё, что я строила. Правдорубов никто не любит.

А дальше вопрос лишь в папочке. Позвонила ему сразу же после секса с Ником, ревела в трубку, и он встал на мою сторону. Всё же я защищала и его, именно затем Полина и пришла ко мне.

Но сейчас передо мной мать, которая, подвинув чашку, смотрит прямо в глаза.

- Ника, только не лги. Это ты виновна в смерти Полины?

А дальше громкий стук в дверь.

Восемь месяцев спустя

- Ольга Владимировна, вас хотят видеть.

Рита заглядывает в кабинет, плохо пряча улыбку, и мне становится не по себе. Снимаю очки, без которых теперь работать с бумагами просто не могу, буквы расплываются, и смотрю на неё, ожидая продолжения.

- Пригласить? – спрашивает разрешения.

- Кто там?

- Новые клиенты.

- Откуда? Я никому не назначала, - открываю планер, чтобы свериться с датами.

- Да, я знаю. Но они уже в приёмной. Уверена, вы с ними найдёте общий язык, - отчего-то добавляет.

Она вообще почти всегда улыбается, а недавно собралась замуж. Потому не обращаю внимание на её загадочный вид. А вообще, девчонка постоянно мне говорит, что со мной работать куда проще, чем со Штоллером, который её то и дело оскорблял, ни во что не ставил, считая тупой.

Узнаю амбиции Серёжи. Хотя, может, представление для меня, чтобы расположить. Устало выдыхаю, собираясь с мыслями. В последнее время работы только прибавилось, а всё потому, что приходится совмещать несколько должностей.

- Ладно, пригласи, - открываю ящик стола, сгружая туда несколько папок. Не люблю, когда на столе что-то лежит при посторонних, привыкла хранить цифры и данные в пределах фирмы. Теперь уже моей фирмы. И я горжусь тем, что сделала невероятное. Хотя, если посудить, там ещё грести и грести до свободы от обязательств. Но главное есть. Я – директор и владелец «33 богатырей», пусть и в долгах перед Кареловым.

На телефоне высвечивается «Дядя Саша».

- Привет, что-то срочное? – интересуюсь у Епифанова, ожидая, что сейчас кто-то войдёт.

- Какие планы на сегодня?

- Работа. Много работы. Если освобожусь пораньше – наберу, ладно?

Хочу попрощаться, но он внезапно говорит.

- Оль. Коней помнишь?

- Каких коней? – не сразу соображаю.

- Вот. Они от работы подохли, потому их никто и не помнит.

Хмыкаю от его шутки. Но вообще он такой, что разрядит любую обстановку. Наверное, период, когда я жила на съемной квартире, был мне просто необходим. Потому что я нашла Сашку. Всё в жизни для чего-то делается, главное - понять намёки судьбы.

- Ладно, давай в семь встретимся. Пока, - и отключаю гаджет.

Наверное, можно сказать, что мы вместе, поскольку достаточно времени проводим друг с другом. Но не живём, нет. Просто пересекаемся в кафе, на пробежках, в театрах, у него дома. Ну, вы понимаете, о чём я. Физически он мужчина привлекательный, свободный. Я с некоторых пор тоже свободна. Разрубила узел, связывающий меня со Штоллером. И занялась спортом, кстати.

Не скажу, что я как Мерлин Монро, но успехи есть. Да и спорт помогает порой голову разгружать, а это мне просто необходимо. Тот же Александр открыл мне мир прогулок по окрестностям, вылазки по выходным на пикник.

У нас общие темы, мысли, увлечения. Даже с сыном его познакомилась, когда он вернулся из путешествия. Хороший парень, который угощал какой-то несусветной гадостью. Курут что ли, или как-то так. И смеялся, смотря на наши лица, выражающие отвращение.

Курсы, подаренные Тимкой, я закончила. Даже пару портретов осилила. Яшки и Нади. Оба висят в новой небольшой квартире. А потом всё свободное время сдавала вождение. С третьего раза, зато своим умом.

Захлопываю крышку ноута, поправляя фотографию, с которой на меня смотрит семья Тимки: он, Марина и Яшка. Рядом ещё одна поменьше, последнее фото сына и Полины со мной. Ники в тот день не было. Помню, что огорчилась тогда, но теперь рада, что не пришлось отрезать.

Возможно, когда-нибудь я смогу её простить, но не теперь. Я дала ей жизнь, а она забрала её у своей сестры, и я не в силах представить, как можно продолжать спокойно жить, зная, что ты виновен в смерти человека...