- Мы сейчас должны быть семьёй и держаться вместе!

- Даже так? – округляю глаза. – А кому должны?

И вот когда я уже не ожидала, что Ника придумает для меня оскорбление лучше тех, что уже звучали до этого, она заявляет.

- Не будь крысой, которая бежит с тонущего корабля.

В любой другой ситуации я бы обязательно позвонила мужу, чтобы поддержать, расспросить. Сейчас, сбросив негатив с линии, чтобы оградить себя от него, раздумываю над тем, что делать. Кто возьмёт на работу женщину, отметившую полвека? Если за прошлые заслуги, конечно, но, перебираю в голове знакомых, не знаю, к кому обратиться. И тут меня удивляет новый звонок.

- Привет, Оль. Чего у вас там происходит?

Карелов – крёстный отец Поли и друг мужа, с которым у него были какие-то дела, звонит мне нечасто. Можно сказать никогда. Было время, в котором он чуть ли не ночевал у нас, я помогала ему поднимать компанию, которую он только организовал.

А потом их дороги со Штоллером отчего-то разошлись. Я не вмешивалась в их отношения, у каждого свои дела. И вот сейчас удивлена, услышав его голос.

- Привет, - отвечаю немного оторопело. – Да ничего не происходит. А что случилось?

- У вас там кто у руля? – снова вопрос, причём довольно странный.

- Где, Юр? Не понимаю.

- Ну богатыри ваши на дно идут, Оля. Я тут справки навёл, а то муж твой, как партизан молчит, но такими темпами его обанкротят.

Так вот о чём говорила Ника, но я так и не дослушала её. Слишком гадко она объясняет подобные вещи. Вот отчего я крыса, и какой корабль тонет.

- Я не в курсе, Юр, мы разводимся.

Трубка молчит, и я не понимаю: разъединило нас, или же Карелов не подаёт звуков. Отстраняю гаджет от уха, секунды идут, как положено.

- Юр.

- Знаешь, Оль, я думал, что Антарктида быстрее растает, чем ты от Штоллера дёрнешь.

- Скажешь тоже, - мне смешно. Вспоминаю его доброе лицо и круглые испуганные глаза, когда он чуть не лишился своего бизнеса, а я подбивала ему цифры для налоговой. И вот сейчас представляю того мужчину, потому что не виделись…

Да нет, всего два года, на похоронах, только я мало кого запомнила, было не до того. Он привёз огромный венок, в который бы поместились три, а то и четыре обычных. И надпись на нём – «Полли от Сказочника».

Она обожала его, потому что он был очень светлым и располагающим. Компанейским. Да много ещё можно чего сказать о Юрке. Хотя бы то, что никогда не забывал крестницу. Даже после гибели я находила живые цветы на её холме, зная, кто их сюда принёс.

- Что он тебе сделал? – звучит требовательный вопрос, словно после моего ответа Юрка пойдёт наказывать.

- Штоллер? – решаю уточнить, но и так понятно, что разговор про него. – Да не надо ворошить его грязные трусы.

- Так и думал, - отчего-то вздыхает Юрка. – Не остепенился, гад.

Мне казалось, я уже свыклась с тем, что Штоллер – последняя сволочь. Оказывается, нет предела совершенству. Не остепенился. Говорит о многом, а я, грешным делом, решила, что седина в бороду. Бес давно скачет по юбкам.

- Секретарша какая-нибудь? – предполагает Юрка, а я понимаю, что он не просто так от балды накидывает варианты. Значит, было такое, и он знал об этом. Я не виню, что не пришёл открывать мне глаза. Всё же он его друг, а не мой. Да и лезть в чужую семью… Кто знает, нужно ли это знание другому.

Карелова не виню. А Ника – совсем другое дело.

- Ты её даже знаешь, - решаю, что нет секрета в наличие Кати. – Одноклассница дочери.

- Чего? – будто не верит он своим ушам. – Малолетка?

- Ну почему же, Юр. Уже взрослая женщина. Это мы постарели. Я так точно.

- Да какие наши годы, Оль?! Ты блондинка хоть куда. Прям как Мерлин Монро.

- Давно ты меня просто не видел.

- Так давай встретимся. Тем более ты теперь свободна.

- Юр, ну какие свидания, - понимаю, что от его слов растягиваю улыбку.

- Нос воротишь? – хмыкает он, но знаю, что шутит. Это не обида, это такая игра. Даже было жаль, что они со Штоллером разошлись довольно далеко. – В общем, видел я недавно твоего Серёгу. Звонил ему, а он всё бегал. Не хотел, сучий потрох, мне деньги давать. Пришлось навестить.

- Что за деньги? – интересуюсь.

- Он вообще тебе не говорил? – удивляется Карелов. – Проект общий делали. Мальчишку он ко мне притащил, говорил про стартап, что всё выгорит.

- И?

- Выгорело. Только не дело, а бабки, Оль. Но меня за лоха держать не стоит, я своё забрать решил. А он мне так пел про достижения, про охренительные доходы. Нет у него денег, и фирма на последнем издыхании, из неё всё тянул. Ну и на девок своих, по всей видимости. Там же доходы нехилые были.

- Что теперь? – слышать это неприятно. Всё же начинали мы тащить фирму вместе со Штоллером, а потом я доверилась мужу.