Какое-то время мы шли молча. Уже у самой моей двери Берли вдруг спросил:

– Почему ты назвала её Евой-Лоттой?

– Ты не знаешь? – пробормотала я, жестом приглашая его войти.

– Ох, шенн, шенна, – вышла нам навстречу Сельва, поклонилась тепло. – А я всё жду, когда вам ужин нести.

– Можно и сейчас, – согласился Берли.

– Мы не так давно обедали, – одновременно с ним улыбнулась я.

Впрочем, обедали мы с Шепре, и прошло уже часа два. Вечерело.

– Но если брат голодный, пусть будет ужин.

Наверное, глубоко в моём сердце теплилось желание поужинать с Шепре. Как и вчера.

– Так что там? – переспросил брат, когда Сельва отправилась в кухню.

Признаться, я уже и забыла о предыдущем вопросе, с недоумением глянула на него – но почти сразу вспомнила, на чём мы прервались.

– Ева-Лотта тоже кузина Эрлинга. Надо же, почему мы не знали, что у Асвела было два сына? А у его сестры, получается, две дочери? Или больше?

Берли философски пожал плечами, тем не менее не сводя с меня внимательного взгляда.

– Мы с отцом защищали вас, тебя и Рассанду. Точно так же Эрлинги защищали своих детей, – отозвался.

Логично, наверное.

– А ещё, – вздохнула я, – Сельва сказала, что Ева-Лотта... невеста Шепре.

– Невеста, – очень странным тоном отозвался брат.

– А что? – с недоумением переспросила я.

– Ничего, – брат качнул головой и замер, углубился в себя. На какие-то минуты приоткрывшись, будто опять замкнулся.

Понимая, что не нужно на него давить, я утаила вздох.

Берли три года отсидел в камере. Вряд ли он может много знать. Наверное, слухи какие-нибудь.

На улице темнело, в парке разгорались огни, но включать светильники не хотелось.

Мы сидели в тишине, изредка вспоминая что-то из детства, а после снова замолкали. Смотрели в окно, на шумящие деревья.

Шепре всё не было и не было. Я убеждала себя, что он долго отсутствовал в столице. У главы Сейма, наверное, накопилось множество дел. И всё равно не могла выбросить из головы раздумья о его невесте, с которой он, возможно, проводит время.

А ведь мне тут больше нечего делать, пришла мысль. Болезненная, она вызвала протест во всём моём существе!

Но ведь действительно, Берли со мной. Пора возвращаться. И Нэю не придётся прорываться к драконам. И пусть Моравен мне не родной дом, но и Шепре... ничего не предлагает. Собирается жениться. На другой.

– Ты думал о том, что дальше? – тихо спросила я.

– Ждал, когда ты об этом заговоришь, – усмехнулся брат. – А ты, Амберли? Готова уезжать?

– Куда? – прошептала я. – К Рассанде... не знаю.

– Я хотел бы восстановить Тиссен.

– Говорят, там не осталось камня на камне.

– У отца были поверенные, которые распоряжались частью капиталов... Не уверен, что они их сохранили. Но во всяком случае, я бы поехал туда. Осмотрелся. Понял, что у нас есть. Сколько нужно вложить и сможем ли мы это.

– Хороший план, – улыбнулась я, ощущая, как на глаза набегают слёзы.

Пожалуй, я не готова была думать об этом сейчас. Пока Рам не расскажет мне всё. Пока не пойму, кто я для него. И кто он – для меня.

Впрочем, мысль о том, чтобы оставаться здесь, среди ненавидящих нас драконов, тоже не была приятной. Желание воплотить свою детскую мечту переплеталось с желанием сбежать вместе с Эрлингом. Куда-нибудь на безлюдный остров.

В какой-то момент Берли перестал отвечать – по-моему, ему просто нравилось вкусно есть, спать с комфортом и смотреть на зелень. Он неизменно садился лицом к окну, а то и открывал его – и дышал, дышал...

Пока не засыпал.

Я не стала его будить – но брат сам в какой-то момент встрепенулся, поднялся.

– Пойду к себе, Амбер, – пробормотал полусонно.

Проведя его к дверям, я прошлась до фонтана у покоев Эрлинга. Какое-то время боролась с желанием расспросить охранника, где сейчас глава Сейма. Заставила себя вернуться, приняла душ, немного походила по комнатам, выглядывая в сад, пытаясь рассмотреть, где находится наша беседка.

И, смирившись с тем, что он сегодня не появится, забралась в постель.

Ещё мелькали мысли о змее, о Нэе, о драконёнке по имени Эди. Когда порыв лёгкого ветерка принёс тихий шорох. А потом прошелестели едва слышные шаги.

– Шепре? – вскинула я голову, с трудом представляя, реальность это, или уже сон.

– Привет, – он выглядел усталым. Снова домашние брюки, влажные волосы, будто только из душа выбрался. – Пришлось далеко летать, но я не стал ночевать там. Вернулся к тебе.

Он осторожно забрался рядом, и я прильнула к сильной груди, вдыхая запах. Боясь потерять это мгновение.

– Зато на завтра, – добавил, – я освободил себе весь день. Буду с тобой.