Похоже, он всё никак не мог привыкнуть, осознать свою новую жизнь, да и положение.

– Ты же не собираешься улетать? – насторожился Эрлинг.

– Не решил пока.

– Вообще на церемонии не будешь?

– Буду, – под потолок взвилась летучая мышь и умостилась на люстре.

Эрлинг хмыкнул. После протянул мне руку:

– Идём поедим, и будем одеваться.

Не думала, что буду так волноваться. Руки подрагивали, и я припоминала наставления мамы, чтобы выглядеть спокойной и не терять достоинства.

Такое красивое платье. Я давно уже не носила ничего подобного!

Сельва помогла переодеться в него у Эрлинга в комнатах, пока он приводил себя в порядок в одной из соседних.

Такой красивый мужчина рядом. В чёрном одеянии, расшитом серебряными ниточками, каким я его увидела в Моравене.

Первый полёт в здание Сейма.

Множество драконов.

И да, те самые гномы.

Всё слилось в танцующую карусель перед глазами. Взгляды, слова, лица... Я не представляла, чего ждать, но от мысли, что сегодня Рам назовёт меня своей невестой, всё внутри замирало и переворачивалось.

Саму церемонию запомнила смутно. Так волновалась! Но она не имела ничего общего со свадьбой и почти не походила на то, что я себе нарисовала.

Здание Сейма находится совсем рядом, кажется, даже прилегает к дворцу Эрлингов.

Но и туда мы перелетели. Драконы вообще летали везде, где имелась хоть малейшая возможность. Шепре как-то обмолвился, что несколько веков назад было изобретено заклинание, которое дало возможность брать с собой вещи и оставаться в одежде. Раньше путешествия проходили намного сложнее, и на небольших расстояниях драконы предпочитали ехать по земле. Чтобы не объявиться перед чьими-нибудь глазами голышом.

Из личной подлётной площадки мы спустились вниз, в огромный зал в кремовых тонах с большим количеством внутренних лоджий, огороженных вычурными золотыми перилами.

На одной из них, самой пышной, стояли мы. Кроме нас с Эрлингом – несколько драконов охраны.

По-моему, ему не хватало зеркального рядом. Да и Нэй привычно спрятался вверху, за карнизом, на котором висели алые гардины.

Чуть позже появилась Лара-Галь. Вошла тихо, встала позади Эрлинга, коснулась его плеча. Поискала взглядом кого-то в потолке... и, заметив Нэя, расслабилась. Улыбнулась едва уловимо.

Выглядела она немного более умиротворённой. Похоже, Нэю удалось её успокоить.

На соседние балконы, чуть меньше и чуть ниже, прибывали другие драконы. Эрлинг тихо описывал мне каждого, пока мы ожидали начала за закрытыми магическими гадинами.

Нам всё было видно, нас же – конечно, нет. Глава Сейма по традиции появлялся последним, когда все уже в сборе.

Лоджии раскрывались одна за другой, распорядитель, или глашатай, или как он тут назывался, объявлял находящихся на них драконов – на драконьем, разумеется. Как я поняла, представителей разных отраслей, за которые они отвечали – финансовая, строительная, учебная, и остальные.

Они тихо переговаривались, но всё вместе создавало гул. Внизу собрались наблюдатели, представители разных областей. Они должны были доносить народу решения и рассказывать о том, что здесь происходит.

Хотя нет, оказывается, фронду предназначалась лоджия напротив нашей. Сейчас она пустовала – похоже, это было скорее исключением.

Возле кресел не стояли столы или угощения – только бутыли с водой на специальных подставках.

Наконец, открылась и наша лоджия, и взгляды обратились к нам. Все приветствовали Эрлинга. Он поднял руку в ответном приветствии, после чего драконы разместились по креслам.

Начался Сейм.

Кто-то что-то говорил, выступал. Но для меня происходящее сливалось. Я не настолько хорошо знала драконий язык, чтобы сходу понимать сложные вопросы, которые здесь обсуждались.

Драконы решали свои проблемы. Выступали те самые гномы, ещё кто-то – я устала, запуталась, но честно пыталась вникнуть.

Не совсем понимала, почему объявление об илери должно звучать среди всяких государственных вопросов. С другой стороны, я ведь собиралась жить здесь. Вместе с Эрлингом. Мне теперь предстояло разобраться во всём этом.

Сам он иногда поднимал руку либо вверх, либо чуть в сторону. Похоже, то отклоняя, то принимая к рассмотрению предложения.

На одной из боковых лож секретари всё тщательно записывали.

И лишь под конец, выслушав всех, Кион-Шепре произнёс свою речь.

– Друзья, – начал на драконьем, и тут же перешёл на язык магов. – Представляю вам свою илери, девушку, которую я искал много лет и думал, что потерял навсегда. Амберли Тиссен.