– Не сердитесь, молодой человек, – произнес Тимофей Кузьмич. – Барышня если в чем и виновата, то только в том, что активировала артефакт и не выпустила его из рук, как вы просили. Хороший был совет, жаль, что она не последовала ему.

– Я боялась, что яйцо разобьется, – отозвалась Полина. – Но клянусь, – она, наконец, перестала рассматривать чашку с чаем и теперь смотрела на меня, – что ничего другого не сделала. И никого не привораживала. Мне предыдущего жениха хватило.

Последние слова девушки отозвались в душе каким-то неприятным чувством, будто кто-то позарился на мое, а я только узнал об этом. Глупость какая! Какое мне дело до прошлого Полины? Пусть встречается с кем угодно. Может даже выйти замуж. Чем скорее, тем лучше. У меня не было привычки заводить романы с замужними женщинами.

– Вы полны сюрпризов.

– Зато вы честно признаете наличие скверного характера, будто гордитесь им. Жаль, что не пытаетесь измениться.

– Для чего? Не ради вас ли?

– О, ради меня точно не нужно, – отозвалась Полина. Глаза ее гневно сверкнули. – Я лучше останусь старой девой, чем свяжу свою жизнь с вами.

– Будто я предлагал вам брак!

Мы смотрели друг на друга, как два дуэлянта. Наши взгляды скрестились подобно клинкам. Никто не хотел отступать. Но помимо стремления одержать верх в этом противостоянии, мной владело и другое желание – коснуться упрямо сжатых губ. Целовать их до тех пор, пока они не раскроются мне навстречу, пока своенравная девица не признает поражение.

– Молодые люди, – прервал нас старик, – у вас еще будет время полюбоваться друг другом. Вся жизнь впереди.

– Любоваться? Еще чего не хватало! – воскликнула Полина. – Тимофей Кузьмич, прошу, расскажите, как нам избавиться от этой метки. Или она сама исчезнет?

– Это сложный процесс, но одно вы должны понять и запомнить: артефакт – не более чем предмет, пусть и созданный одним величайших мастеров прошлого. Ему не под силу принудить вас или навязать свою волю. У него ее попросту нет. Яйцо, как вы его назвали, лишь помогает обрести людям желаемое.

– Хотите сказать, что Полина загадала желание стать моей женой?

– Вот еще! – возмутилась она. – Я мечтала о счастье и о том, чтобы избавиться от жениха, не причинив никому вреда. Может, вы что-то пожелали? Например, захотели, чтобы я влюбилась в вас, или попробовали привязать меня к себе? Сознайтесь, Константин, вы все подстроили? Если так, то я требую, чтобы вы отменили действие этого заклинания.

– Подобное под силу только богам и отчасти вам, – произнес старик. – Артефакт лишь указывает на людей, которые идеально дополняют друг друга. Истинность – не приговор, а дар. У вас есть три недели, чтобы узнать друг друга и принять свою судьбу или разорвать эту связь и расстаться.

Снег скрипел под ногами. Прохожие спешили по своим делам или чинно проходили мимо. Трое мальчишек пронеслись мимо. Дворник оттолкнул меня, иначе мы точно столкнулись бы. Еще и успел поймать одного из ребят и отчитать за неподобающее поведение.

Я поблагодарила мужчину за участие и отправилась дальше. У меня не было какой-то цели. Я нуждалась в покое, чтобы все хорошенько обдумать и решить, как жить дальше. Константину сказала, что пойду в библиотеку. Можно было и правда отправиться туда, но, кажется, ни из одной книги я не узнала так много об истинных парах, как от Тимофея Кузьмича.

По словам старика, артефакт принадлежал их семье на протяжении нескольких поколений. Именно ему были обязаны своим благополучием в браке не только родители, бабушка с дедушкой, но и дети Матвея Кузьмича. Настала очередь внучки. Если бы не я, не моя неловкость, еще одна девушка обрела бы любовь. Получается, я украла ее счастье.

Как стыдно! Как горько! Самое страшное заключалась в том, что я никак не могла исправить свою оплошность. Артефакт не склеить. Принцип его работы утерян давным-давно. Второго такого же не существовало.

“Не расстраивайтесь, – успокоил меня старик, – что не делается, к лучшему”. Столько тепла было в его голосе, таким пониманием светились его глаза, что мне сделалось еще горше. Совесть теперь не покусывала, а грызла меня, словно голодная собака свежую кость.

Тимофей Кузьмич попросил нас с Константином не горячиться. Говорил о том, что далеко не каждому в жизни выпадает возможность встретить человека, идеально дополняющего его самого, предопределенного ему богами. Многие ищут годами, а то и ждут, тоскуют, сами не зная о ком. Либо мирятся и заключают браки по расчету, из уважения, либо доживают свой век в одиночестве. Бывают и исключения, когда мужчины и женщины находят свое счастье, не зная о предопределении.

Нам, по словам старика, повезло. Но ни я, ни мой работодатель (женихом назвать его язык не поворачивался) не испытывали радости. Константин даже не смотрел в мою сторону. Не возразил, когда я сообщила ему, что пойду в библиотеку. Кажется, он уже начал тяготиться моим присутствием.