Я даже сделала несколько шагов в сторону моста и снова вернулась. Взяла дверной молоток, но не удержала его. Металлическое кольцо, закрепленное в лапах совы, сильнее, чем хотелось бы, ударилось о ее хвост. Должно быть, по ту сторону этот звук наделал шуму. Поднялся настоящий переполох, поскольку мгновение спустя дверь распахнулась. На пороге появились двое мужчин. Свет за их спинами мешал рассмотреть лица. Впрочем, я все равно не знала их.

– А ты говорил, глупость! – произнес один. – Видишь, как все удачно получилось.

– Посмотрим, – ответил другой. – Вы пришли по объявлению?

Странный вопрос. Захотелось ответить что-то колкое, но я сдержалась, лишь кивнула. Мужчины посторонились, пропуская меня внутрь. Мой разум, который должен был напомнить о приличиях, предупреждать об опасности, словно задремал. Я не чувствовала страха, когда вошла в небольшую уютную гостиную, осталась наедине с незнакомыми мужчинами. Только раздеваться не стала. Если мне придется бежать, так получится быстрее.

– Госпожа? – напомнил о себе шатен, которого я приняла за хозяина дома: слишком уверенно он держался.

Теперь я могла рассмотреть его лучше: темно-каштановые волосы, лукавые глаза, волевой подбородок. Закатанные по локоть рукава рубашки обнажили крепкие загорелые руки. Никогда прежде не задумывалась о том, что мужские руки могут быть красивыми. Еще и голос казался смутно знакомым, но столько ни пыталась, не могла вспомнить, чтобы мы с этим господином встречались прежде и были представлены друг другу. Видимо, усталость сыграла со мной шутку.

Мое странное, я бы сказала, нездоровое внимание не осталось незамеченным.

– Пожалуй, я вас оставлю, – не скрывая усмешки, произнес второй мужчина, которого я посчитала гостем. – Думаю, вам найдется о чем поговорить.

Он подмигнул своему приятелю, поклонился мне и направился к вешалке.

– Оставьте свои пошлые намеки при себе! – Я вспыхнула словно свеча. – Я, видимо, ошиблась домом. Но даже моя невнимательность не дает вам права так себя вести.

Гость замер с пальто в руках. В его глазах отразилось искреннее удивление, даже непонимание. Как ловко он притворялся. Ему бы в театре играть, а не растрачивать талант по пустякам.

– Сударыня, смею предположить, что вы неправильно поняли моего товарища, – произнес хозяин. – Он вовсе не хотел вас обидеть. Наоборот, врожденный такт и привитые с детства манеры вынуждают его уйти, хотя он всей душой стремится остаться.

– Константин, ты превзошел сегодня самого себя, – отозвался гость. Его приятель снял невидимую шляпу, изобразил шутовской поклон. – Но я и правда не хочу мешать. Если я чем-то обидел вас, сударыня, прошу меня простить.

Ох, как же мне стало стыдно перед обоими. Захотелось провалиться сквозь землю. Неужели мне теперь повсюду будут мерещиться насмешки? Нельзя каждого человека подозревать в желании обидеть или унизить меня.

– Я, пожалуй, пойду, – пробормотала и бочком протиснулся к двери. Хорошо, что не стала раздеваться. – Прошу меня простить.

Как ужаленная, выскочила из дома и устремилась к мосту. То ли боги беду отвели, заставив меня покинуть этот странный дом, то ли я своими руками уничтожила последний шанс найти приличную работу. Приличную ли? Кто знает! Но в одном я была уверена: сюда я больше не вернусь ни за какие коврижки и пряники.

Стоило только подумать о еде, как живот отозвался урчанием. Шутка ли, за весь день я съела лишь кусочек белого хлеба. Оставалось надеяться, что у Авдотьи Никитичны осталось хоть что-то от скудного ужина, которым она потчевала постояльцев. Что говорить? Я бы и от постных щей или овсяной каши не отказалась бы.

Я шла так быстро, как только могла, и все же недостаточно. Уже стемнело. Приходилось то и дело смотреть не столько по сторонам, сколько под ноги, чтобы не упасть. Проезжавшие мимо возницы не удостаивали меня своим вниманием. Как вдруг один из экипажей остановился. Дверь распахнулась.

Я отступила. Вжалась в стену, понимая, что та не защитит меня. В двери соседних домов тоже стучать бесполезно. Редкие прохожие, уткнувшись в воротники, и вовсе не замечали меня или делали вид. Чужие проблемы никому не нужны. Одна старуха, проходя мимо, и вовсе осуждающе покачала головой.

– Стыдоба! – бросила она. – А с виду приличная девушка.

Все, Полина, докатилась. Тебя уже принимают за падшую женщину.

Я оглянулась по сторонам в поисках любого предмета, который могла бы использовать в качестве оружия, но ничего не нашла. Дворники в этом районе города исправно выполняли свои обязанности. Ни мусора, ни веток или даже опавших листьев не было видно. Только недавно расчищенные дорожки засыпало мелким снежком.

– Сударыня, долго вас еще ждать?

Такой наглости я не ожидала. Возмущение даже вытеснило страх и придало сил. Набрала воздуха в грудь, сделала шаг навстречу и замерла, когда увидела хозяина кареты. Константин, тот самый шатен с Мельхиорового канала, протягивал мне руку, будто старой знакомой. Едва ли он случайно оказался здесь. Скорее преследовал меня.