Поцелуй, горячий, требовательный, обжег мои губы. Маг не спрашивал позволения, не был ласков, как в первый раз. Он словно утверждал свое право надо мной. Тогда я сделала единственное, что могла в этой ситуации: согнула ногу в колене и попыталась ударить.

Маневр почти удался, но Константин будто разгадал мою задумку. В ту же секунду прижал меня к себе. То ли не удержал равновесие, то ли сделал это нарочно, но упал на кровать и утянул меня за собой.

Теперь я лежала на нем. Грудью упиралась в его крепкое тренированное тело, будто отлитое из стали. Слышала стук его сердца, тяжелое дыхание.

– Бесстыжий, порочный, совершенно невоспитанный человек, – ругала его. Пыталась встать, но маг так и не разжал объятий.

– Потерявший голову, – продолжил Константин. – Поцелуйте меня.

Каков нахал! Я было хотела возмутиться, но представила, как укушу его. Такой поцелуй он точно запомнит, а я буду отомщена. Убрала каштановую прядь, что так и норовила упасть на высокий лоб. Наклонилась и услышала:

– Я люблю вас, Полина.

Слова легко сорвались с губ, хотя я не собирался делать признание. Жалел ли я о нем? Нет, как не жалел о поцелуе, за который едва не получил между ног. Полина не переставала меня удивлять. Порой она вела себя как настоящая разбойница, а не аристократка. Впрочем, что я знал о ней? Слишком мало, чтобы делать выводы. Да и те получились бы слишком субъективными.

– Что? – переспросила она.

Я видел, как предвкушение (бьюсь о заклад, что Полина что-то задумала, но мои слова нарушили ее планы) сменилось удивлением. Глаза распахнулись. Тонкие аккуратные брови изогнулись. Приоткрылись соблазнительные губы. Как же она хороша была в эту минуту! Мне все нравилось в ней, даже брови и крошечная родинка на шее. Стоило огромных усилий удержать себя в руках и не коснуться этой родинки.

– Я люблю вас, – повторил и улыбнулся.

Теперь оставалось только ждать: либо дорогая мне девушка сделает меня счастливым, либо разобьет мне сердце.

Полина уперлась руками и перекатилась набок. Встала, поправила платье, по-прежнему избегая смотреть мне в глаза, и отошла к окну. Отвернулась, закрыла лицо руками. Хрупкие плечи вздрогнули.

Я не торопил ее, но затянувшееся молчание мне не нравилось. Слез я опасался еще больше. Неужели мое признание задело или, того хуже, обидело ее?

Ждать, мучиться наведением, строить догадки было не в моих правилах. Я поднялся и тут же согнулся пополам. Сжал зубы, чтобы не застонать: рана напомнила о себе, бок прострелило болью. Благо приступ был кратковременным и не повторится. Пока. Пришлось опереться о кровать, выдохнуть, немного постоять, выжидая, пока прекратиться головокружение. Не сразу, но все же заставил себя выпрямиться и подойти к окну.

Полина, видимо, настолько глубоко ушла в свои мысли, что даже не обернулась. Так думать было легче, чем принять истину, что я был ей безразличен. Она не будет первой, кто отказал мне, но именно ее я боялся потерять.

Полина вздрогнула, когда я коснулся ее плеча. Обернулась. Синие глаза блестели от слез. Губы дрожали.

– Скажите хоть что-нибудь! – Я сжал ее плечи. – Если я настолько неприятен вам, достаточно одного вашего слова. Клянусь, что этот разговор больше никогда не повторится.

– Вы… Как вам только в голову такие пришло? Вы необыкновенный, честный, порядочный, благородный, – всхлипнула она. – Но это неправда, это все ненастоящее.

– Что? – спросил, утирая подушечкой большого пальца слезы со щек девушки.

– Все! – повторила она. – Ваши слова, чувства. Вы так не считаете, за вас говорит магия, метка, которую оставил артефакт. Вынуждает нас обоих… Понимаете?

Я еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Женщины никогда не перестанут удивлять меня своими способностями раздувать из мухи слона и находить проблемы там, где их отродясь не существовало. Но Полина превзошла их всех. Неужели и правда верила в то, что какой-то предмет, пусть даже наделенный магией, способен вызвать или навязать чувства? Пусть она не была магом, но видела намного больше одаренных людей.

Я обхватил ладонями ее лицо, не позволяя отвернуться.

– Позвольте мне самому решить, что настоящее, а что нет. Посмотрите на меня. Вы видите следы магии? Здесь? – Я указал на свою голову. – Или, может быть, здесь? – Приложил руку к сердцу.

Полина несколько мгновений вглядывалась в меня, будто и правда искала что-то. Не нашла да и не могла найти, но не уступила.

– Нет, но… – начала она, безуспешно подыскивая несуществующие аргументы.

Я же воспользовался заминкой и продолжил, пока она не успела придумать что-то еще, что заставит ее держаться на расстоянии.

– Помните нашу первую встречу во дворе Академии, когда вы бежали? Кстати, от кого? Вы так и не раскрыли мне эту тайну. Обещайте рассказать. Я, знаете ли, тоже любопытен. Так вот… С той осенней промозглой ночи не было и дня, чтобы я не думал о вас.

– Правда? Но почему?