Я коротко кивнула и принялась торопливо пересказывать разговор. Торопливо, потому что боялась, что Аластер не станет меня слушать. В любой момент прервёт, ударит, сделает что-нибудь ещё.

Но он слушал и не двигался с места.

Или просто ушёл в себя…

Ведь что ему мои слова?

Очередная ложь.

Если солгала один раз, как верить дальше?

Я могла бы напомнить ему, сколько уловок он предпринял, сколько попыток запугать или опозорить можно насчитать за последние дни… Но какой в этом смысл?

Аластер уже всё мне сказал. Он такой и таким и останется.

И я должна была на это согласится, ведь у меня не было выбора.

И чтобы он смилостивился мне нужно было быть идеальной.

Не «такой».

Без скелетов в шкафу.

К концу моей речи у меня от напряжения осип голос и заболело горло.

— Он сказал, что дело только в Гарри. Что король, оказывается, его друг, — повторила я. — Что-то не складывается… но моему брату правда было плохо. Какая-то магическая болезнь мучила его. Я мало что об этом знаю, но… клянусь, я это не выдумала.

Когда речь зашла о Гарри, который правда может где-то там ужасно мучатся, прямо в эту минуту, я не выдержала и заплакала.

До того момента мне было жалко то себя, забитую, испуганную, потерянную, то Аластера, который явно был всё ближе и ближе к безумию…

Но когда я представила своего брата, мучащегося от боли, невинного ребёнка, мне стало совсем плохо.

Это не ответственность Аластера. Он не обязан вникать и помогать.

Мы с мамой должны были защищать его.

Но мы не справились, не справились, не справились…

Горечь захватила меня, я ничего вокруг себя не видела. И испугалась, когда кто-то схватил меня за запястья. Прикосновения обожгли жаром.

Это был Аластер. Он притянул меня к себе, обнял и принялся гладить по волосам.

Осознав, что он не собирался меня убивать, но ещё не зная, поверил ли, я не могла успокоиться. Слёзы текли и текли. Долго.

Всё это время Аластер прижимал меня к себе.

Пока слёз не осталось.

Последние он стёр ладонью с щёк.

— Я тебе верю.

Я посмотрела на него затуманенным взглядом.

— Что-то ещё случится, и ты поверишь, что я виновата в этом.

— Что-то ещё должно случиться? Мне кажется, что уже достаточно…

Он поцеловал меня в волосы.

— Табита…

— М?

— Прости меня, — сказал без тени иронии, совсем не так, как в прошлый раз. — Я решил, что потерял тебя. Одна только мысль об этом мучительна.

Он подхватил меня на руки и усадил на лавочку. Мимо пролетела птичка, которую я воскресила. Должно быть, она погибла недавно, поэтому всё получилось.

— Что нам теперь делать… — прошептала я. — Если Гарри болен… Его уже не спасти. Даже если есть другой способ. У нас нет времени. И про нас… Мы не поженимся. Тебе нужно искать другую невесту, ведь без наследника ты всё потеряешь.

— Власть — это последнее, что меня сейчас интересует. Если я буду знать, что северные лорды не предатели — пусть забирают управление. Мне не нужна другая. Что касается твоего брата… его обязаны привезти. Он должен находиться рядом на церемонии, чтобы я мог забрать его магию вместе с болезнью. Я проверю, действительно ли он болен. И если да — мы поженимся.

— Но… Я не хочу твоей смерти.

— Ты должна будешь дать мне умереть, — улыбнулся Аластер. — Главное успей воскресить.

— Что?

— Если всё пойдёт так, как нужно, ненадолго ты будешь обладать моей силой. Успеешь использовать её. Так же, как и с птицей.

— Но если ничего не выйдет?

— Мы должны рискнуть, — сказал он. — Иначе получится, что ты мои выходки терпела зря, а я себе этого не прощу.

День свадьбы.

— Как вы зашли сюда?

Я стукнулась затылком о каменную плиту, когда Тортон оттолкнул меня. Подняться почему-то не получалось. Во мне кипела магия рода Хейлов, терпеть это с каждым мгновением становилось только сложнее.

По лицу размазалась кровь.

Нельзя было терять время.

Я могла не успеть воскресить Аластера.