Точно так же, как решили не рассказывать ничего моей матери и брату в переписке. Вместо этого попросили их приехать якобы на несколько дней. Но, скорее всего, им придётся остаться на Севере.

Это решение непростое. С одной стороны, на Юге их в любой момент могла настигнуть месть короля. С другой стороны, здесь им тоже никто кроме нас не был бы рад.

Но здесь мы могли бы их защитить.

— Алисия прислала мне весточку, — сказал Аластер. — Она в порядке, но больше не вернётся во владения короны. И на Север тоже. Её земли переходят ко мне, мы могли бы восстановить хотя бы часть особняка после пожара и поселить туда Эдну и Гарри.

Я согласилась с надеждой, что согласится и моя семья.

Природа и нравы Севера будут им слишком непривычны, но этот край можно было полюбить.

Мы с Аластером разделили заботы.

Он узнал тайну исчезновения своей семьи и нашёл человека, которому можно доверять. Это придало ему сил. И он с напором взялся за свои обязанности главы совета лордов.

Я же больше занималась делами нашей семьи. Выяснилось, что мы действительно находились в финансовой яме. Но не было никаких причин думать, что из неё нельзя было выбраться. У меня было сразу несколько вариантов развития событий. Мне нравилось об этом думать.

Тем более что перестраивать экономическую систему нужно было на всём Севере. Если мы отрежем себя от короны, большая часть продуктов и вещей станет нам недоступна. Нужно было уже сейчас думать о том, чем заполнить бреши.

Я всё ещё была женщиной в мире властных мужчин. Но мою жизнь в браке сложно было назвать скучной.

Большинство собраний проходили в замке. Я обслуживала стол, поэтому была в курсе всех новостей. После мы с Аластером могли часами обсуждать тезисы тех или иных лордов.

Он видел во мне не только жену, которая должна рожать детей, готовить и убирать замок, но и верного соратника.

Трудности, о которых говорил Аластер, на поверку оказались не так трудны.

На место постоянной вины, постоянного чувства, что я всех обманываю, пришла ясность. И смысл.

Помимо серьёзных решений и обсуждений и тихих, трепетных моментов единения мы с Аластером любили выбираться в город и эпатировать окружающих одним своим присутствием.

Со временем все привыкли к Руби и ужасно её полюбили.

Все женщины стремились подозвать её к себе, чтобы обменяться сплетнями.

Что касается меня… плеваться в мою сторону стали реже. И это уже было большим прогрессом.

— Когда-нибудь они смирятся с тем, что главная женщина Севера — южанка, — усмехнулся Аластер. — А пока это даже забавно.