Ситуация начала выходить из-под контроля. Чем больше она говорила, тем ярче блестели её глаза, а голос срывался на крик.

— За что ты так ненавидишь меня? — не удержалась я.

Арина вдруг расхохоталась, как безумная:

— Ты ещё спрашиваешь? Меня всегда ставили тебе в пример! Ты всегда была лучше, умнее, успешнее, а я на твоем фоне казалась ничтожеством!!! Отец так и говорил: мол, Марта умна, как все Орловские, порода! А меня называл огрызком материнской линии! Огрызком, представляешь??? Он всегда презирал родственников нашей матери, называя их тупыми, а затем добавлял, что я такая же, как они. Да, потом я повзрослела и стала красивой. Отец перестал меня унижать, но… я-то знаю, что он просто решил сбыть меня, как выгодный товар. В его глазах я навсегда останусь тупым огрызком!!! Поэтому ты тоже должна была стать его разочарованием, должна, ты слышишь??? Ходила всегда гордая и неприступная, как не от мира сего! Но чем ты лучше меня???

Признания Арины звучали, как крики отчаяния, обнажая глубину боли и зависти, которые разрушили её изнутри. Понятно, что с таким багажом человеку просто невозможно остаться нормальным и адекватным…

Боже, Михаил Всеволодович оказался настоящим монстром! Как же можно было так издеваться над собственными детьми, чтобы из одной сделать забитую тряпку, а из другой воспитать завистливую убийцу???

Выходит… именно он наш серый кардинал? Именно его непомерная гордыня создала чудовищную ситуацию между сестрами? Да, действовал Михаил Всеволодович несознательно, но в итоге, он погубил обоих своих дочерей…

В очередной раз жуть берет от той ответственности, которая лежит на родителях. Ведь детей нужно и любить, и воспитывать правильно…

Меж тем Арина продолжала:

— Думаешь, я не знаю, что ты воровала яблоки из кухни? А романы, которые матушка запрещала читать… ты же прочла их все, таская из комнаты Нюрки-банщицы! Ты обожала всякие развратные штучки, а строила из себя святую! Я всегда мечтала разоблачить тебя, но ты каждый раз выкручивалась! — Арина подняла на меня взгляд, полный злости. — Я поклялась, что однажды получу статус и положение выше твоего, и ты будешь унижена!

Я слушала её и с трудом понимала, о чём она говорит. Это был какой-то бред. Марта, которую я знала, была совершенно другой.

И тут меня осенило: у Арины, похоже, давно развились навязчивые идеи и мании. Все люди для них интриганы, порочные и лицемерные. Каждого они желают уличить в том, чем больны сами. У Арины все гораздо хуже, чем казалось на первый взгляд… Типичное проявление психического расстройства.

— Но как ты могла допустить мысль об убийстве? — спросила я возмущённо. — Я ещё могу понять соперничество между сёстрами, попытки доказать что-то родителям… но убить?

Арина снова задрожала, её лицо исказилось от ярости, а голос сорвался на крик:

— Ты отравляла мою жизнь своим существованием! Я должна была отплатить тебе тем же!

Какое искрометное сравнение! Марта отравляла ее морально (якобы), так что она просто решила ответить тем же и отравить физически? Око за око? Вот только сплошные надуманные поводы…

Руки Арины сжались в кулаки.

— Именно ты уговорила отца отдать тебе Алексея Яковлевича! — Она выкрикнула это с такой ненавистью, что я невольно вздрогнула. — Да, я знаю правду. Ты бегала за ним, уговаривала, чтобы он не расторгал помолвку с Разумовским! Ты лишила меня всего! Моего шанса выбиться в люди, получить богатство, славу и почитание. Это всё из-за тебя! Ты разрушила мою жизнь. Я ненавижу тебя!!!

Её голос эхом разлетелся по темничному помещению. Николай резко вмешался, видя, как Арина качнулась в мою сторону, растопырив пальцы. Он сдёрнул меня с лавки и поставил позади себя.

Я тяжело выдохнула.

— Нам срочно нужен священник, — сказала я тихо, обращаясь к Николаю. — А ещё мне нужно увидеть князя…

* * *

Когда мы вышли из мрачной темницы, воздух двора показался мне одуряюще свежим. Это помогло успокоиться, но руки всё ещё дрожали. Николай приобнял меня, пытаясь согреть.

— Марта, прости, что тебе пришлось через это пройти. Но я подумал, что этот разговор необходим. Правда, я не ожидал, что Арина окажется в таком состоянии… Честно говоря, такие, как она, в темнице долго не живут…

— Она безумна, — сказала я с горечью. — Но я не хочу её смерти.

— Тогда ты должна поговорить с князем лично. Думаю, он может согласиться отправить её в монастырь, но это потребует твоих усилий.

— Я готова, — твёрдо ответила я.