Вся боль бывшего мужа передавалась и мне, хоть в разы слабее. Но в голове звучал его спокойный и нежный голос, рассказывающий о том, что когда всё закончится, мы обязательно отправимся в полёт, что он покажет мне, как прекрасна земля с высоты. И я забыла про боль и страх, улыбнулась, словно мы уже парили между облаков.

Всё прекратилось так же внезапно, как и началось. Ещё мгновение назад с нестерпимым грохотом на нас обрушивался каменный вал, и вдруг воцарилась звенящая тишина, прерываемая лишь моим хриплым дыханием.

С трудом я выбралась из-под дракона и, кашляя, огляделась по сторонам. В воздухе парили клубы едкой пыли, вызывающей кашель, разъедавшей глаза. Но мы были живы!

— Даэль… — испуганно позвала, прикасаясь к чешуе, покрытой пылью.

Дракон слабо пошевелился и с трудом стряхнул с себя камни. На глаза набежали слёзы, когда увидела, что с ним стало: прекрасные крылья были пробиты и порваны, из глубоких ран на плечах и спине текла густая тёмная кровь, но в золотых глазах пылали яркие искры.

— Ты жив… — простонала, прижимаясь всем телом. — Мы живы… И это лишь благодаря тебе.

Сквозь оседающие облака пыли вдруг пробился солнечный луч. От неожиданности даже не поверила своим глазам.

— Даэль, смотри! — прошептала, прижимаясь к дракону и указывая наверх, туда, где сквозь образовавшийся провал виднелось бледное утреннее небо.

Только вот эта трещина была так высоко, что никогда туда не подняться.

— Ну что же, Асим… — прозвучал в моей голове уставший безжизненный голос бывшего мужа. — Я обещал тебе полёт в небеса, но пока смогу лишь это…

Даже не успела понять, что происходит, а когтистые лапы обхватили меня, послышался хруст, треск, странное шуршание, и пол пещеры остался внизу. Я продолжала чувствовать боль, которую сейчас испытывал дракон. Он отдавал последние силы, чтобы поднять нас вверх.

Но вдруг по каналу нашей связи ощутила, что Даэль не верит в то, что сможет выбраться: щель была слишком узка для огромного ящера, и его силы были на исходе. Сейчас он жаждал лишь спасти меня, это стало единственной целью его существования.

— Жаль, что нам оказалось отведено так мало времени! — вновь прозвучало в голове. — Я был слишком погружён в свои драконьи принципы, следовал правилам, закрылся от всего мира… и поэтому чуть не потерял тебя. Пообещай мне, Асим, что покинешь Земли Ночи как можно скорее. Виар не должен знать, что ты жива. Мои воины помогут тебе, они всё сделают. Продай драгоценности, что остались после побега Лилит, — этих денег хватит, чтобы начать новую жизнь за морем.

— Прекрати! — заявила строго, хотя мой голос дрожал от слёз. — Хватит говорить так, словно со мной прощаешься. Ты же знаешь, что самое безопасное для меня место — рядом с тобой. Так что не вздумай сдаваться. Нам с тобой ещё малоуважаемого губернатора на чистую воду вывести надо.

Разлом в потолке становился всё ближе, а сил у дракона оставалось всё меньше.

— Будь счастлива, истинная! — раздалось внутри меня, а затем Даэль каким-то невероятным усилием выбросил меня на поверхность через дыру.

На секунду у меня сбилось дыхание, когда ударилась о каменистую почву, покрытую редкими кустиками травы. Но сейчас я была готова целовать эту землю. Только на это совершенно не было времени, — нужно помочь моему истинному.

Лапы дракона вцепились в край щели, которая была слишком узка для его мощного тела. Я подползла ближе и впилась изо всех сил в чешуйчатое предплечье, точнее… предлапье и взглянула в янтарные глаза.

— Меняй ипостась! — начала твёрдо и безапелляционно. — Поверь, я удержу! Это единственный способ спастись нам обоим.