Мир, увиденный мной из окна, был удивительно понятен и близок: берёзки, освещённые закатными нежными лучами, яркое небо, окрашенное тёплыми оттенками от апельсиново-оранжевого до лилового, невысокие горы у самого горизонта. Удивительно красиво и так… по-родному.

— Госпожа Асим, вам плохо? — взволнованно спросил Ирдир, заметив слёзы на щеках.

— Нет, мне хорошо…

Лекарь выскользнул из комнаты, словно ощутив моё желание остаться с собой наедине.

«Красиво…» — прошептала я, наблюдая, как тает закат, и забывая о том, где очутилась.

Но тяжёлая рука, которая легла на моё плечо, словно высеченная из холодного камня, заставила вздрогнуть.

— Рад, что тебе лучше, Асим… — раздался сверху голос, который предпочла бы никогда не слышать.

Холод руки, сдавившей моё плечо через ткань, перешёл в область сердца. А затем передо мной выросла мощная мужская фигура, заслонившая собой прекрасный закат. Огромный силуэт мужа, пугающий и давящий, занял собой весь окружающий мир, лишая его красок.

— Я…я…— начала испуганно.

— Ты уже можешь покинуть постель, и я этому рад! — в низком голосе мужа можно было прочитать всё что угодно, кроме радости. — И это значит лишь одно!

— Что?

Внутри всё покрылось ледяной глазурью, словно я стала замороженной рыбой или морским гадом.

— Тебе пора покинуть этот дом, Асим! Ты не просто не смогла принести мне наследника, но ещё и настолько слаба, что даже слегла с неведомой хворью. Мне нужна сильная мать для моего ребёнка!

Слова стегали, словно удар плётки.

— И ей станет моя племянница? — прошипела, ощущая, что меня захлёстывает знакомая по предыдущей жизни ярость.

— Да, рад, что тебе не надо ничего объяснять!

— Эта маленькая дрянь… — вспылила я, пытаясь подняться из кресла, но ледяная мужская рука буквально впечатала меня обратно.

— Сейчас ты закроешь рот и не будешь позволять себе так отзываться о моей невесте!

— Так, значит, она уже невеста? Я ведь только что была на смертном одре! — я подняла глаза на мужчину, стараясь держаться уверенно, хотя сознание вот-вот было готово меня покинуть.

— Как сказал, рад, что ты жива! И теперь ты покинешь этот дом. Я буду с тобой милостив и не отправлю тебя в монастырь! Тебе отойдёт заброшенное поместье в Холмах Ночи.

Голос мужа звучал так гордо, словно он ссылал меня на край света, а предложил путёвку в санаторий с лечением.

— Ну спасибо, барин, облагодетельствовал, поклон земной! — съязвила, театрально склоняя голову, но в следующий момент сознание всё-таки покинуло меня.

— Госпожа слишком слаба, дальний путь может её убить! — раздался словно сквозь толщу воды обеспокоенный возглас Ирдира. — Неужели вы это не понимаете?

Его обычно спокойный и доброжелательный голос казался раздражённым.

— Не забывай, с кем разговариваешь, лекарь! Я теперь хозяйка этого дома! — даже змеиное шипение звучало бы не столь угрожающе, как голосок моей племянницы.

С трудом подняла веки, стараясь понять, что происходит. Последнее, что помнила, — наш разговор с Даэлем.

Где я нахожусь? Яркий солнечный свет бил в глаза, прохладный ветерок забирался под платье и тёплый плащ, а вокруг шумела листва и слышалось пение птиц. Я сделала глубокий вдох, ощущая, как свежий воздух прочищает голову.