— Я хочу, чтобы ты продолжил путь пешком. Я не смогу идти, но ты должен выйти к людям…

— Но, госпожа? — перебил он таким тоном, словно я предложила ему продать секреты родины.

— Я слишком слаба, чтобы спорить. Ты сам понимаешь, что я не смогу идти. И нет смысла погибать здесь обоим. Тем более, возможно, ты успеешь встретить кого-нибудь и привести помощь.

— Леди Асим, в этих местах водятся дикие звери и… жестокие разбойники. Я не могу оставить вас одну. Вы нуждаетесь в моей защите.

Я невольно улыбнулась, глядя на верного толстячка, который уж точно не тянул на роль телохранителя.

Но в этот момент, словно в подтверждение слов лекаря, раздался шорох в кустах неподалёку. Сердце пропустило удар, а затем пульс стал похож на удары отбойного молота.

Невольно сжала руку спутника, которая была просто ледяной.

— Беги, Ирдир, и приведи помощь! — приказала я.

Лекарь покорно кивнул и сорвался с места, но, сделав несколько шагов, упал на траву, запутавшись в длинных полах плаща.

Ну вот и всё… Моя жизнь в новом месте была короткой и не слишком счастливой. А жаль!

Вдруг кусты раздвинулись, словно театральные декорации, и на поляне оказался… цыганский табор. Я, конечно, догадывалась, что представители этой национальности живут во всех странах, но чтобы ещё и в другом мире, — это уже перебор.

— Хэй, ромалы… — завела одна из женщин, и мир вокруг взорвался сотней ярких красок, цветастых юбок, узорчатых платков. Звук гитар, бубнов, монист и песен наполнили воздух.

Я с ужасом наблюдала, как пара мужчин отвязывает нашу лошадь, которая вдруг ожила от их манипуляций, а вокруг Ирдира разрастается хоровод женщин. Только вот с каждым кругом, с моего спутника словно по волшебству пропадали тёплые вещи и скромные украшения. Всего через пару минут он остался в одном исподнем.

В глазах помутилось от постоянного движения, мельтешения цветных пятен. Но вот надо мной склонилось смуглое женское лицо с хитрыми чёрными глазами и гипнотической улыбкой.

— Здравствуй, красавица... — певуче произнесла незнакомка и потянула ко мне хищную руку, украшенную многочисленными золотыми кольцами, чтобы сорвать скромную брошь, скреплявшую мой плащ.

Из последних сил я вцепилась в её кисть, и в этот момент произошло что-то странное: перстни на её пальцах стали вдруг нестерпимо горячими, будто были только что из горна. А вокруг меня разлилось какое-то непонятное тёплое свечение.

Женщина отскочила в сторону, тряся рукой, будто  желая её остудить.

— Ты златовидящая… — прошептала она, глядя на меня с  трепетом и восхищением. — Великий дар вернулся в наши края!

В мире, где магия медленно угасала, как затухающая свеча, драконы в венцах из стали и самоцветов правили из своих сияющих чертогов. Их империя раскинулась под щедрым солнцем Центральных Земель, где зрели плоды и били ключом источники, а воздух был плотным и сладким от накопленной мощи. Но это изобилие было обманчивым. Сила, что веками питала их мир, утекала по капле, и с каждым угасшим заклинанием мир чудес умирал. Чтобы удержать ускользающую магию, был найден жестокий и изящный выход. Девушек из древних магических родов, чья кровь еще хранила искру былого величия, стали отдавать в жены повелителям-драконам. Это называлось не жертвой, но — великой честью. В устах придворных летописцев их судьба обрастала поэтичными метафорами: «союз с небом», «долг крови», «высочайшая милость».