Подхожу ближе, стараясь сдержать внутренний шторм.

— Ищешь очередную жертву? — бросаю с холодной усмешкой, присаживаясь позади нее.

Лола поворачивается медленно, её взгляд скользит по мне, и на лице появляется слегка насмешливая улыбка.

Я жестом прошу Андрея остаться в стороне. Пусть он просто наблюдает, но не вмешивается. Это мой бой.

Лола медленно, с нарочитой театральностью разворачивается на стуле, словно это сцена, и все взгляды в зале прикованы к ней. Её взгляд, холодный и цепкий, скользит по мне сверху вниз, оценивающе и с оттенком презрения. Уголки её губ поднимаются в едва заметной, почти насмешливой улыбке.

— Пришла позлорадствовать? — протягивает она с фальшивым равнодушием, но в голосе звенит стальная ниточка яда, — Ненадолго Макс к тебе убежал. Он всегда ко мне возвращался… И в этот раз вернётся.

От её слов внутри всё закипает, но я сохраняю лицо, натягивая на себя ледяную маску.

— Самомнение у тебя, конечно, зашкаливает… — отвечаю спокойно, словно говорю о погоде, — Но нет, я не собираюсь с тобой делить мужика. У меня с самооценкой всё в порядке. В отличие от некоторых.

Её глаза прищуриваются, она явно ищет, куда ещё можно вонзить свое ядовитое жало.

— Я пришла поговорить про дочь, — добавляю с нажимом, возвращая разговор в нужное русло.

На её лице мелькает тень раздражения, но она быстро берет себя в руки.

— Ты отвратительно воспитала мою девочку, — бросает она, язвя каждым словом. Её голос обволакивает меня, словно чёрный дым, рассчитанный на то, чтобы задушить.

На мгновение я замираю, чувствуя, как её удар метит в самое больное место. Но вместо боли приходит осознание: эти слова больше не имеют силы. Она может говорить, что хочет, но мне больше не больно.

— Пока ты скакала по чужим х… органам? — я бросаю это с холодной усмешкой, не повышая голоса, но каждое слово режет как стекло.

Её лицо меняется в мгновение ока. Самодовольная улыбка сползает, как плохо приклеенная маска. Глаза расширяются, она бледнеет, словно я выбила из нее весь воздух. В эту секунду я вижу, как трещины пролегают по её тщательно выстроенному фасаду.

Она понимает. Понимает, что я в курсе. В курсе её тайн, её грязных секретов, того, что она так тщательно пыталась скрыть за своей высокомерной улыбкой.

И в этот момент внутри меня разливается сладкое, тягучее чувство триумфа. Оно расползается по моему телу, словно мёд, тёплый и густой, наполняя меня ощущением победы. Я вижу, как её мир рушится, и не могу не радоваться этому. Я урыла её. Словно смахнула с шахматной доски королеву, оставив её королевством лишь пепел.

— Откуда узнала? — Лолита резко отводит взгляд, но её движения выдают её тревогу. Пальцы стискивают бокал так, что кажется, стекло готово расколоться под натиском ее ярости. Лицо, обычно безупречно спокойное, сейчас становится маской противоречий: ее самоуверенность меркнет, словно пламя свечи на ветру, а под слоем притворной растерянности прорываются огненные всполохи ярости.

— Это неважно, Лолита, — мой голос тверд, словно камень, но с каждым словом он наполняется сталью. — Правда важнее. — Я делаю шаг вперед, чувствуя, как воздух вокруг нас тяжелеет, наполняясь напряжением, будто перед грозой. — Ты знала, что Еся сама бы никогда не решилась на это. Влад не просто так оказался в её жизни. Ты знала. Ты всё знала.

Лолита судорожно втягивает воздух, её губы сжимаются в тонкую линию.

— Ты думаешь, это я? — голос звучит хрипло, с примесью насмешки, но её глаза... Глаза выдают всё. Они мечутся, словно ищут укрытие, куда спрятать эту неприкрытую вину.

— Почти уверена, — мои слова звучат как приговор, каждое из них пробивает брешь в её защите. Я не отвожу взгляда, не даю ей шанса улизнуть.

На мгновение между нами возникает тишина. Напряжение давит, заполняет пространство до краев, пока Лолита внезапно не выпрямляется.

— Ну да, это я, — она бросает слова с такой силой, что они разлетаются, как осколки стекла. Ее лицо теперь холодное, словно ледяная маска, но голос полон яда. — И что? Влад — перспективный парень. А Еся? Она могла бы жить, как королева, купаться в золоте и бриллиантах! Или ты правда считаешь, что её ждёт что-то лучше? Что она будет счастлива с каким-нибудь… жалким, ничтожным… никем? Я не хочу, чтобы она тратила свои драгоценные годы на кого-то… Похожего на ее отца.

Лолита бросает взгляд на меня, полный презрения и скрытого гнева, словно это я, а не она, только что нарушила все возможные границы.