Шумно выдыхаю. Как она узнала? Кто ее послал? Может, отец? Но зачем? А потом до меня доходит, это она не про меня, а про замок. О нем в окрестных деревнях много болтают. Рассказывают разные ужасы, что мне только на руку. А эта пигалица храбрится. Так хочет остаться?

Разглядываю ее внимательней. Молодая совсем. Фигуру под плащем не видно, а щеки впалые, руки тонкие, запястья почти прозрачные. Скорее всего ей просто некуда идти. В груди что-то болезненно ноет. Странно. Это что, жалость? Я никогда никого не жалел. Жизнь так устроена. Каждый день кто-то погибает. Если обо всех скорбеть, можно свихнуться.

Тогда почему я злюсь, как только представляю, что Сэм выставит ее? Куда она пойдет в этом своем дурацком плаще, вряд ли защищающем от наступивших холодов? Тут до ближайшего жилья несколько часов на телеге. А она еще и голодная наверняка.

Сам не понимаю, зачем мне это нужно, но губы уже произносят слова. Разрешаю остаться на месяц. Правда, тут же приходит мысль, что девчонка сама сбежит. Или увидит меня случайно и придет в ужас. Или замок ее выживет, напугает так, что унесется, сверкая пятками. Как и многие до нее. Ну и плевать, жалеть не буду.

Быстро накладываю на новую служанку магию неразглашения, ощущая, как тело дрожит от напряжения. Даже такая простая вещь, которую раньше выполнял, не задумываясь, теперь отнимает все оставшиеся силы. Отпускаю девчонку. А сам лежу, пялясь в потолок, и вслух произношу ее имя. Эйви — красиво звучит. Хотя мне что с того?

Спустя день удостоверяюсь, что новая служанка оказалась понятливой. Как я и велел, на второй этаж даже не заглядывает. Ее вообще не видно и не слышно. А мне как раз хочется ее увидеть. Но я сам запретил девчонке приближаться. Не выдерживаю и расспрашиваю Сэма, доволен ли он ей?

— Вполне, — тут же кивает слуга. — Расторопная, смышленая. Руки на месте. Без дела не сидит. С Мартой быстро нашла общий язык. Во всем помогает. А еще, мистер Блэк, вы дадите разрешение Эйви применять магию? Так ей будет сподручнее заниматься уборкой. И артефакты опять же не нужны. Раз уж есть в ней сила, пусть на пользу идет.

— Хорошо, — пожимаю плечами. — Но здесь она появляться не должна. — И тут же интересуюсь: — Где ты ее разместил?

— Так рядом с кухней. В комнате для прислуги. Их там много свободных.

— Правильно. Продуктов у нас достаточно?

— Конечно, мистер Блэк. Я много привез.

— Ладно, иди, я устал, — отправляю его.

— Ужин нести?

— Не хочу.

В последнее время у меня совсем нет аппетита. И заставлять себя лень. А еще я чувствую приближение очередного приступа. Этой ночью мне опять не спать. Надо не забыть набросить на комнату полог тишины, а то Эйви испугается. Или не надо? Пусть ужаснется и сбежит. Что ей делать в этом умирающем доме рядом с умирающим мной?

Тщательно отдраив свою комнату, избавляюсь от толстого слоя пыли на всех поверхностях и паутины в углах. Отношу матрас, одеяло и подушку во двор, чтобы проветрить. Попутно замечаю, что постельные принадлежности очень неплохие. Не те перины, на которых я когда-то спала, но и не жесткий, набитый соломой тюфяк и дерюга в качестве одеяла. Такое часто доставалось мне во время скитаний.

Когда до блеска отмываю окно, в комнате сразу становится веселее. Солнечный свет пробирается внутрь и расцвечивает яркими бликами все вокруг. Еще бы шторы повесить, но и без них тоже хорошо. Раскладываю в шкаф вещи из дорожной сумки. Но платье, две смены белья и запасные чулки теряются даже в небольшом объеме. В очередной раз осознав, насколько моя жизнь отличается от прежней, я немного грущу. Но долго горевать себе не позволяю.

У меня есть работа, крыша над головой, мягкая постель и еда. Чего еще желать? И пусть девушки моего возраста часто живут романтическими грезами, это теперь не для меня. На невесте с темной магией женится разве что такой же темный, а их слишком мало. Ну а связаться с нищей сиротой-бесприданницей желающих еще меньше. И это пока жених не узнает, что я дочь казненных за измену королю. Так что о семье я вообще не думаю. Какой смысл расстраиваться?

Зато теперь я могу ежедневно мыться в теплой воде. После уборки иду исследовать купальню. Она оказалась очень удобной. Хотя сначала приходится растопить печку, но к этой работе я уже привычная. Зато потом наполняю горячей водой деревянную лохань для омовения и минут десять нежусь в ней. В конце тщательно промываю волосы травяным шампунем, стоящим тут же, на подставке. Одеваю чистое белье, что принесла с собой, платье, тщательно расчесываю волосы, заплетаю их в косу. Прибираюсь после себя и отправляюсь искать Марту.