Хозяин Проклятого замка. Истинная для бастарда

Пролог

— Что теперь с ней будет? — слышу грубый голос, плавая в каком-то тумане. Мне в нем хорошо. Забываются отчаяние, ужас моего положения, саднящая кожа под анитимагическими браслетами, изматывающий холод и голодные спазмы желудка, в котором давно не было нормальной еды.

Ту склизскую кашу и затхлую воду, что дают в городской тюрьме, мне едва удается запихнуть в себя. И сейчас самым лучшим запахом на свете кажется аромат свежей выпечки. Я мечтаю еще хотя бы раз почувствовать его.

— Ничего хорошего, — отвечает второй мужчина. — Если даже бастард короля отказался брать ее в жены, теперь уже не избежать запечатывания. Надо привести девчонку в чувство и исполнить приговор. Принеси воды.

— Жаль ее, совсем молодая, красивая. Я бы на такой женился даже без магии.

— Если бы она была из обычной семьи, да. А род Марлоу нынче в опале при дворе. Или хочешь, чтобы тебя тоже обвинили в государственной измене? Симпатичная мордашка стоит того?

— Пожалуй, не стоит. Но это для меня. А графу Вудстоку чего бояться? Его в измене точно не обвинят. Что касается женитьбы, знатных наследниц за бастарда не отдадут. Пусть даже в лицо все ему кланяются и дрожат от страха. А у этой Марлоу древняя кровь и магия сильна. На жену и ограничители можно надеть, а детям большая сила достанется. Только граф даже не пожелал на нее взглянуть.

— Разозлился, наверное. Не по нраву пришелся королевский подарок. Он-то видимо рассчитывал на другой за ликвидацию заговора. А король так рассудил. Хотел род незаконнорожденного сына укрепить старой кровью. Ладно, хватит болтать, тащи воду похолоднее.

Так странно слушать, как о моей разрушенной жизни равнодушно рассуждают чужие люди. Но хотя бы беззлобно говорят, жалеют даже. А не проклинают, выливая на мою голову потоки ненависти. Это я тоже уже испытала.

Но отвратительнее всего слышать это имя — Алистер Вудсток. Это он — главная причина всех моих несчастий. Бастард короля Гарольда Великого, главная ищейка Королевского дома, теневой дракон. Отец его так и не признал, но за заслуги перед Короной подарил графский титул.

Занимается Вудсток исключительно преступлениями против королевской семьи. Это он обвинил моих родителей в пособничестве заговорщикам. Из-за него всех нас арестовали и бросили в застенки. А спустя неделю мне сообщили, что родителей и старшего брата казнили.

С тех пор во мне что-то умерло. Я не верю в вину родных. Папа был честным, справедливым и полностью предан Короне. А мама политикой вообще не интересовалась. Брат в то время готовился к свадьбе, ему тоже было не до заговоров. Он обожал свою невесту.

А я училась в академии. Благодаря уровню магии считалась одной из лучших студенток. Оттуда меня и забрали, как настоящую преступницу. До сих пор помню испуганные, презрительные взгляды однокурсников, отводивших глаза, когда меня вели по коридорам.

Потом были многочасовые допросы. Сначала я еще пыталась что-то объяснить, доказать. Уверяла, что мои родители и брат никогда даже не заговаривали ни о чем крамольном. Всегда поддерживали короля и его правление. Не было в нашем доме подозрительных личностей, тайных встреч. И вообще ничего такого.

Но вскоре поняла, все мои слова не имеют значения. Их никто не собирался слушать и принимать во внимание. А то, что им было надо, я рассказать не могла, потому что ни в каких заговорах не участвовала. Дальше я просто молча сидела на допросах, глядя в стену. А потом и они прекратились. Казалось, обо мне просто забыли. Только мерзкая еда, которую приносили два раза в сутки, напоминала, что дни идут.

Но однажды меня снова привели в комнату для допросов, только спрашивать ничего не стали. Заявили, что я признана виновной, как и мои родные. Но поскольку прямых доказательств моей вины не нашли, Его Величество великодушно готов заменить казнь на замужество.

Чтобы сохранить силу моей крови и магии, меня отдадут тому самому чудовищу, из-за которого я оказалась здесь, графу Вудстоку. Магией мне пользоваться будет запрещено, но своим детям я смогу ее передать. При условии, что граф согласится меня взять. Вот только он не согласился.

Разговоры надо мной прекращаются. А дальше я захлебываюсь ледяной водой, которую щедро плеснули мне в лицо. Меня поднимают с жесткой лежанки, приводят в какую-то жуткую комнату без окон, облицованную серым камнем со странными потеками на нем. Сажают на стул с подлокотниками. Пристегивают руки и ноги к железным перекладинам. И бегло, глотая слова, зачитывают приговор:

— По приказу Его Величества Гарольда Третьего леди Эйвери Марлоу приговаривается к полному запечатыванию магии, а также лишению родового имени и титула. При этом земли и все имущество Марлоу переходят Короне. После запечатывания Эйвери Марлоу надлежит отправиться в Обитель грешников на севере страны и провести там в молитвах остаток своих дней.

— Зажмите в зубах, леди, — мужчина в форме подносит к моему рту деревянную дощечку. — Будет больно, можете случайно прикусить язык, — в его голосе мне чудятся нотки сочувствия. Но это не имеет значения. Он все равно сделает то, что должен. Хорошо, что я настолько вымотана, что плохо осознаю происходящее. Единственное, на что меня хватает — мысленно проклинать виновника этого ужаса. Пусть он за все заплатит!

А дальше мне на голову одевают обруч-артефакт, напоминающий корону. Только значение у него жуткое — выжигать магию. Мужчина активирует артефакт, и мое тело прошивает резкой болью. Обруч на голове сжимается, тело колотит судорогами. Я мычу, выгибаясь. Сквозь боль пробиваются реплики моих мучителей:

— Погоди, что-то не так... Ей не должно быть так больно. Ух ты, какая сила… Жалко, такую выжигать… Осторожней, артефакт не справляется... Стой… Она не выдержит! Что это? Откуда?.. Ставь щиты, скорее… Да не тормози, нас всех тут сейчас размажет…

А потом раздается грохот, и наступает оглушительная тишина. Боль уходит, а мое измученное сознание проваливается в темноту.