– Я отдаю этот приказ, – голос её звучал твёрже, чем она сама ожидала. – Граф Пьетро подтвердит, как только узнает. А сейчас – закрывайте. Никого не пропускать ни сюда, ни отсюда. Пока его сиятельство не пришлёт другие распоряжения.

Стражники переглянулись, но ослушаться наследницу не решились. Скрежет лебёдок наполнил воздух, и тяжёлый мост медленно пополз вверх.

Илларита перевела дух.

– Свежих лошадей, – приказала она. – Двух. И этого мерина..., – она обернулась, глядя на обессилевшее животное, которое стояло, где его оставили, опустив голову почти до земли. – Выводите. Бережно. Не приведи духи, он падёт – спрошу с каждого! И завтра или послезавтра – как только он придёт в себя – доставьте в замок. Я оставлю распоряжение, коня встретят и заберут.

– Слушаюсь, леди, – старший кивнул.

Между тем, двое парней уже подвели к беглецам свежих лошадей.

– В замок! – крикнула Илларита, вскакивая в седло. – За мной!

Замок Сафир показался через час бешеной скачки.

Илларита влетела во двор, едва не сбив слугу, выскочившего навстречу. Арвид – следом.

– Леди! – засуетились дворовые. – Леди, вы вернулись! А мы думали...

– Потом, – бросила она, спрыгивая с коня. – Где отец?

– Его сиятельство в малой гостиной, – доложил дворецкий. – С утра никуда не выходили, всё ждали вестей...

– Хорошо. – Илларита перевела дух. – Я сейчас поднимусь к себе. Мне нужно привести себя в порядок. А вы..., – она обернулась к своему спасителю, который стоял поодаль, разминая затёкшие ноги. – Это граф Арвид де Монтерей. Он спас мне жизнь. Позаботьтесь о нём: проводите в лучшие гостевые покои, помогите освежиться и переодеться. У отца в гардеробной полно одежды – подберите там что-то подходящее.

– Слушаюсь, леди.

– И ни слова его сиятельству! – добавила, давя голосом. – Я хочу сделать ему сюрприз. Появлюсь к ужину. А пока... пусть думает, что я ещё не приехала.

Затем Илларита шагнула к Арвиду:

– Вас проводят. Спасибо, что вы... не бросили меня.

Она не ждала ответа. Взбежала по ступеням, мелькнув в дверях, и исчезла в глубине замка.

Очутившись в своих покоях, Илларита прикрыла дверь и прислонилась к косяку, закрыв глаза.

«Я дома. Я в безопасности. Теперь он меня не достанет».

Силы закончились. Ноги подкосились, руки задрожали, но она заставила себя открыть глаза и пройти к зеркалу.

То, что она увидела, заставило её замереть.

Лицо, ещё недавно покрытое грязью и синяками, сейчас выглядело... чужим. Синяки не исчезли, но побледнели, ссадины подсохли. Короткие волосы торчали в разные стороны, делая её похожей на мальчишку. И одежда мальчика, не леди.

«В таком виде я к отцу не выйду. Ни за что».

Она позвонила в колокольчик.

Через минуту в дверь постучали, и вошла горничная – молодая, шустрая, с круглыми от удивления глазами.

– Леди! – ахнула она. – Что это с вами?!

– Тише, – Илларита прижала палец к губам. – Вода. Горячая. Много. И мазь – ту, что лекарка оставляла. Ещё платье... голубое, дневное. И сетку для волос.

– Но, леди, вы поранились! Нужно позвать лекаря!

– Пожалуйста, – голос Иллариты дрогнул, – сделай, как я прошу! Со мной всё в порядке, лекарь не требуется. Сейчас мне надо привести себя в порядок, чтобы не испугать отца. Ступай, и никому не слова, поняла?

Горничная кивнула и исчезла.

Ванна, горячая, с травами, пахнущая летом, вернула её к жизни. Илларита лежала в воде, закрыв глаза, и чувствовала, как тает боль, как мышцы расслабляются, как уходит напряжение последних дней.

«Я жива. Я свободна. Я дома», - билось в голове.

Она намыливала волосы, смывала грязь, терла кожу, пока та не покраснела. Потом, когда горничная принесла мазь, тщательно смазала синяки и ссадины. А затем закрасила их специальным составом, подвела глаза, чуть тронула губы.

И повернулась к зеркалу.

Теперь на неё смотрела почти прежняя Илларита – та, что уезжала из замка месяц назад. Только волосы... волосы были короткими.

Правда, отец уже видел, что она сотворила со своей причёской, но сегодня Лари хотелось выглядеть красивой.

– Сетку, – напомнила она горничной. – И гребень.

Жемчужная сетка, расшитая мелкими камнями, скрыла короткие пряди. Получилось пышно, торжественно, будто так и задумано.

– Отлично, – произнесла Илларита, глядя на своё отражение. – Папа будет доволен!

И через мгновение, еле слышно добавила:

- И может быть, не только ему понравится то, как я выгляжу...

Предупреждённый слугой, Арвид встретил её у лестницы, ведущей в столовую.

Он тоже преобразился. Чисто выбритый, волосы зачёсаны назад, на плечах – тёмно-синий камзол, на ногах тёмные брюки и короткие, щегольские сапоги. Одежда пришлась ему впору. И обувь тоже сидела как влитая.

– Вы выглядите..., – начал он и запнулся.