- Держитесь крепче, - приказал ей Арвид, подбирая покороче повод. - Некоторое время пойдём по отмелям - спрямим угол.

И, потянув мерина за собой, повернул вправо, где сквозь деревья уже угадывался серебристый блеск воды.

Так они шли ещё около часа.

Арвид старался выбирать путь ровнее, но в чаще, где корни деревьев вздымались над землёй, точно чьито скрюченные пальцы, сделать это было не так уж и легко. А отмели, такие удобные для ходьбы, не тянулись непрерывно: там, где сухая полоска обрывалась глубокой водой, путникам приходилось снова углубляться в лес, продираясь сквозь заросли папоротника и орешника.

Граф то и дело оглядывался - проверить, как там его подопечная: не упала, не побледнела ли ещё больше? Только обморока ему тут и не хватало!

Но девушка держалась и изо всех сил старалась не показать, насколько она устала.

- Скоро река повернёт, - произнёс Арвид, когда лес начал редеть, пропуская к тропе солнечные лучи. - Там уже выход к тракту.

- Пойдём дальше по нему? - в голосе леди мелькнула тревога.

И она вскинула голову, всматриваясь в просвет между деревьями.

- Нет. Срежем через старую лесопилку, - ответил мужчина, успокаивающе поглаживая коня по шее. - Там есть старая дорога, которая ведёт почти к самой границе. Сейчас по ней редко кто ездит, и я надеюсь, что нам повезёт, и мы никого не встретим.

Через час, когда солнце поднялось уже довольно высоко, пробиваясь сквозь листву и ложась на тропу золотистыми пятнами, они снова остановились.

Конь тяжело водил боками, наклонял голову вниз, всячески показывая, что ему требуется передышка.

- Привал, - буркнул Арвид.

Он шагнул к девушке, собираясь помочь ей спешиться, но не успел - Илларита сползла с коня сама. Однако стоило её ногам коснуться земли, как они тут же подкосились - мышцы, одеревеневшие от долгого сидения, отказались держать.

Граф едва успел подхватить леди под локоть, чувствуя, как та вся дрожит от напряжения.

- Просто ноги затекли, - пробормотала Лари, выпрямляясь и пытаясь высвободиться. - Всё в порядке.

- Конечно, - он не стал спорить, но руку не убрал, пока не убедился, что девушку больше не качает.

Она сделала шаг, другой - и действительно пошла ровнее, разгоняя застоявшуюся кровь.

- Мне нужно пройтись. Размяться. Снизим скорость и продолжим путь, - предложила она. - Да после работы лошадь положено выхаживать. Пусть шагает потихоньку и заодно отдыхает от ноши.

И они пошли рядом - медленно, как на прогулке, хотя оба понимали, что это не далеко не прогулка, а гонка наперегонки со смертью.

Арвид отпустил повод, позволяя мерину идти свободнее, и тот немедленно этим воспользовался - наклонил голову и принялся на ходу щипать траву, с аппетитом вытягивая губы навстречу сочным стеблям.

Граф двигался с той стороны, где лес подступал к тропе вплотную. Ветки, казавшиеся сплетёнными в одну непролазную стену, то и дело хлестали его по плечам, но он не уклонялся, а придерживал их, не позволяя ударить по Илларите.

Она это заметила. Сначала краем глаза, потом повернула голову и увидела, как граф стоически принимает на себя удары, которые неминуемо достались бы ей.

- Я не разобьюсь, - сказала тихо, и в голосе её прозвучала не гордость, а благодарность. И завуалированная просьба больше не закрывать её от веток.

- Знаю, - ответил он, отводя очередную ветку. - Но даже камень может не выдержать, если его ударить много раз.

Так они прошли ещё с полверсты, а потом Илларита спросила:

- Вы всё время после нашей… свадьбы жили в этом лесу?

- Нет, - ответил Арвид, раздвигая заросли папоротника, чтобы ей было проще пройти. - Я несколько недель путешествовал, а вернулся только за день до того, как нашёл вас. И поскольку в замок меня, по понятным причинам, никто не приглашал, а чужие дома мне до смерти надоели, я решил какое-то время пожить в охотничьем домике. Это было любимое место нашего отца. Здесь он учил нас с братом охотиться, - граф запнулся, вспомнив, что «брат» для неё - не просто слово, а человек, который плохо с ней обращался и пытался уничтожить. – В детстве мы много времени проводили в этих местах.

- И вы знаете каждую тропу?

- Почти, - он позволил себе короткую усмешку. - Некоторые уже заросли, некоторые изменили направление. Но те, что ведут к границе, я ни с чем не спутаю.

Она помолчала, глядя вперёд, туда, где сквозь стволы уже угадывался просвет.

- Вы думаете, Виллем уже проснулся?

- Уверен в этом, - ответил Арвид, и голос его стал жёстче.

Она не вздрогнула, не ахнула. Только сжала губы плотнее и пошла быстрее, ведь каждый шаг приближал беглецов к спасительной границе.

К полудню, когда солнце достигло зенита и залило лес ярким, почти ослепительным светом, они добрались до старой лесопилки.