Я выбралась из своей временной постели, устроенной из кое-как сбитых досок и устелленой старым одеялом, ощущая каждую царапину, каждую усталость, впитавшуюся в тело за минувшую ночь. Почему они не поставили мою палатку? Она же осталась цела, только обратно сложилась и лежала теперь в моем рюкзаке. Как оказалось, он тоже не горит и если возникает опасность - он становится невидимым для окружающих. Вот такую странность я о нем неожиданно узнала вчера. Мысли, словно осколки разбитого зеркала, метались у меня в голове, не давая покоя. Единственное, чего мне хотелось - это воды, прохладной, чистой воды, чтобы смыть с лица не только пыль и копоть, но и ужас битвы, который всё ещё будто щипал кожу.

Сквозь хаос разрушений и брошенных вещей, я шла к лесному озеру. Каждый шаг отдавался болью в мышцах, но ноги сами несли меня к спасительной прохладе. Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в редких уцелевших деревьях, казалась неестественной после вчерашнего грохота. Я хотела побыть одна, собраться с мыслями.

Но тишина не продлилась долго. Я услышала шаги за спиной, легкие, но уверенные. Не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это. Только они могли так ступать по этой земле, что бы я их слышала: они предупреждали о том, что рядом.

- Александра? - голос Хашима прозвучал мягко, словно боясь потревожить мое хрупкое равновесие.

Я остановилась, но не обернулась. Сердце забилось быстрее – не от страха, а от… чего-то другого... Смеси облегчения и тревоги.

- Ты как? - снова спросил он, подходя ближе.

Я наконец повернулась. Азрот стоял чуть поодаль, его глаза внимательно изучали мое лицо. Хашим же подошел совсем близко, его взгляд был полон искренней заботы. Я-то думала, он будет спрашивать о другом.

- Я… в порядке, Хашим, - мой голос прозвучал хрипло, и я прокашлялась. - Просто… нужно было немного прийти в себя.

- Мы понимаем, - сказал Азрот, его голос, низкий и бархатистый, имел оттенок чего-то древнего и могущественного. - Вчерашний день был… испытанием.

- Испытанием? - я горько усмехнулась. - Скорее, адом. Но я жива. И это главное, верно?

- Главное, что ты цела. Мы… мы очень переживали, - Хашим кивнул, но в его глазах мелькнула тень печали.

- Я знаю, - я позволила себе легкую улыбку, обращенную к нему.

Мы пошли дальше к озеру уже втроем. Слова Хашима были осторожны, словно он боялся ранить меня еще больше. Он спрашивал о моих ранах, о том, как я себя чувствовала, не давил, просто давал знать, что я им небезразлична. И это было так важно. В этом разрушенном мире, среди хаоса и потерь, их присутствие, их забота – это было то немногое, что давало силы.

Когда мы подошли к берегу, зеркальная гладь озера встретила нас тишиной и прохладой. Вода манила, обещала очищение. Я не раздумывала ни секунды. Скинув потрепанную после битвы куртку, я шагнула в воду. Прохлада обхватила меня, смывая усталость и грязь. Я нырнула, наслаждаясь ощущением невесомости, позволяя воде унести все негативные эмоции.

Когда я вынырнула, отряхиваясь, я увидела Азрота. Он уже разделся и, не говоря ни слова, нырнул в озеро - глядя на его плавные движения в воде, я залюбовалась.

Он неожиданно нырнул в глубину… Несколько минут прошли в тишине. Только плеск воды и мое собственное дыхание. Я начала беспокоиться, а Азрот все не появлялся. Сердце сжалось от предчувствия. Но вот, из глубины показалась его голова. И в его руке…

Демон всплыл, держа в руке цветок. Невероятной, почти волшебной красоты. Лепестки, отливающие всеми оттенками фиолетового и глубокого индиго, словно были сотканы из звездной пыли. Он осторожно держал его, словно драгоценность.

- Азрот… - выдохнула я, пораженная.

- Это… это Небесный Цветок! Я никогда не видел его вживую. Редкость абсолютная. Его сила в зельях… невероятна. - Хашим, стоявший на берегу, ахнул.

Я посмотрела на Хашима, и поняла. Его восхищение было искренним, но в его глазах мелькнуло что-то еще. Желание. Жажда обладать. Он осторожно, очень тонко, намекнул:

- Насладись его красотой, Александра. Он должен принадлежать тому, кто сможет извлечь из него максимум пользы…- вот же коварный и неромантичный наагат, сейчас это был фанатичный целитель, который неотрывно смотрел на цветок в руках демона.

Я поняла. Он хотел цветок себе. И я почти уже была готова отдать его. Ведь Хашим был прав. В этом мире, где жизнь часто висела на волоске, такие возможности, такая сила – это важно. Но потом я посмотрела на Азрота. Он подарил этот цветок мне. Не для зелий, не для пользы... Просто так. Как сюрприз

- Спасибо, Азрот, - мой голос прозвучал искренне. Я подплыла к нему, чувствуя, как волна благодарности захлестывает меня. - Это… это потрясающе.

И я, не раздумывая, приблизилась к нему. В прохладной воде, где не было ни свидетелей, кроме мужа, ни скрытых мотивов, я прижалась к нему. И, чувствуя его сильное тело, его спокойствие, я сделала то, чего сама от себя не ожидала. Я поцеловала его. Это был поцелуй благодарности, поцелуй облегчения, поцелуй… чего-то нового, зародившегося в этом мраке.