- Твое настроение резко поменялось. О чем ты задумалась? – спросил Хаш.

- Как ты узнал? – это опять было что-то новенькое.

- Мы же истинная пара - я чувствую твои эмоции, - так, надо было больше узнать, что это еще за истинная пара.

- А почему я не чувствую? – я еще раз прислушалась к себе и ничего не почувствовала.

- Женщины не чувствуют, потому что боги так сделали специально, чтобы уберечь вас. Ведь мы, мужчины, чувствуем только жену - единственную, а мужей у женщины может быть и пять, и шесть. И тогда в таком количестве эмоций можно потонуть или сойти с ума, - ответил «муж».

- Так, мне не послышалось, что ты сказал про пять или шесть мужей? – я надеялась, что просто ослышалась.

- Нет, Александра, у нас распространено многомужество, - в его голосе не было радости, как и в моих мыслях.

- Почему? Что в этом хорошего? – никогда раньше я о таком не слышала и хотела бы и дальше не слышать, но это - новый мир, о котором мне хотелось бы узнать побольше, чтобы иметь возможность избежать последствий, подобных тем, что уже случились.

Вот только ответ я не успела получить, так как перед нами засветилось огромное овальное пятно. Я, ведомая отработанными рефлексами, встала в боевую стойку и приготовилась драться. А вот Хашшамиш был совершенно спокоен. Потом из этого светящегося пятна вышел его отец, и он был очень серьезен.

- Дети, в мой кабинет, срочно! – сказав это, он развернулся и пошел, мы переглянулись с мои теперь мужем и последовали за его отцом.

- Что случилось? – пока мы шли, тихо спросила я у мужа.

- Сейчас узнаем. Но думаю, нам это с тобой не понравится, - ответил он мне, его лицо было очень серьезным и сосредоточенным.

- Почему-то я в этом не сомневаюсь. Опять я ничего не успела узнать о этом мире, будто заговор какой-то против этого, - тихо прошептала себе под нос, но он услышал и в знак поддержки сжал мою руку.

- Не переживай, я тебе все обязательно расскажу. И надо будет еще понять, можешь ли ты читать на нашем языке. Тогда можно будет еще и книги почитать. Говорить-то можешь, - так же тихо сказал он.

А ведь действительно: я находилась в другом мире, значит и говорить окружающие точно должны были на другом языке, но я их прекрасно понимала, как и они меня. Я слышала как будто свой родной язык, и это теперь казалось мне странным. И почему я об этом раньше не подумала. Так, пора было собираться и вновь начинать думать логично. А то при перемещении сюда в меня будто добавили кучу эмоций, которых у меня не было раньше, и теперь я не знала, как с ними жить. И вот тогда я поняла, что сделала правильный выбор, оставшись с мужем, кто-то ведь должен рассказать мне основы новых реалий. А учитывая, что он не один наагат в этом мире, и ту его жуткую змееформу, что я видела, я больше не хотела бы нигде видеть... Даже если у меня и была магия огня, как они говорили, то пользоваться я ей все равно не умела, и даже если бы смогла спалить одного такого змеелюда, потом точно вырублюсь и меня съест другой. А учитывая ранее сказанные слова Хашшамиша о том, что еще один такой выброс магии может вообще погубить меня, что-то проверять его слова на практике я не хотела.

Мы шли следом за отцом Хашшамиша по длинному коридору, эхо наших шагов отражалось от каменных стен. В конце коридора, возвышаясь над остальными, находилась массивная дверь из темного дуба, украшенная сложной резьбой, изображающей переплетенные растения и мистических существ, о которых мне обязательно нужно было узнать. Я почувствовала, как моя ладонь слегка вспотела. Этот кабинет явно был центром власти и знаний.

Когда отец Хашшамиша, высокий и статный мужчина с проницательными глазами, приблизился к этой двери, он достал из кармана связку ключей. Выбрав один, он вставил его в сложный замок, потом из его рук появилась зеленая дымка, один тонкий жгутик которой проник, так же как и вставленный ключ, в замочную скважину. После этого с громким щелчком огромная дверь медленно открылась, открывая кабинет главы рода.

Первым, что на что я обратила внимание, был запах – сложная смесь сухих трав, экзотических масел и старой бумаги. Солнечный свет, проникавший сквозь высокие арочные окна, освещал просторное помещение, заполненное антикварной мебелью и бесчисленными артефактами, камнями разных цветов. Длинный стол из полированного красного дерева доминировал в центре комнаты, заваленный свитками, книгами и различными инструментами для приготовления лекарств.