Сейчас она их не беспокоит, потому что они уверены, что у нас все хорошо. И так и должно оставаться! Им ни в коем случае нельзя узнавать о моем переезде!

К счастью, у нас они появлялись редко, а правила хорошего тона (которые, тоже к счастью, представители высших Домов тщательно соблюдали) диктуют предупреждать о своем визите заранее. Но зачем, если чаще мы бывали у них, потому что, опять же, правила хорошего тона советуют как можно реже посещать пары, которые только недавно вступили в брак.

- Но если кто-то из них нагрянет… Что я им скажу? – странно, но в глазах Дилана я увидела как будто какую-то надежду… На что?

- Они предупредят о визите заранее, – сказала я. – Ты оповестишь меня, «Лунная пристань» находится рядом, я приеду, и мы встретим их вместе как ни в чем ни бывало.

- Ну а если они нагрянут вдруг, без предупреждения? Нельзя такого допустить! – Дилан словно радовался выдуманному препятствию и пытался его раздуть.

- Меня не может не быть дома? Для этого и предупреждают о визите, – усмехнулась я. – Чтобы застать хозяев дома и они были готовы к гостям. Скажешь, что я отлучилась… за покупками. Сообщишь, и я приду. Всё, Дилан, давай больше не будем, – не дала я ему продолжить, и он закрыл рот. – Все проблемы решаемы.

Кроме одной. Наших чувств…

Я вышла из столовой, не оглядываясь. Мои шаги по каменному полу отдавались четким, ровным стуком. Внутри не было боли. И горечи тоже не было. Была лишь... ледяная пустота освобождения.

Я сняла с себя бремя ожидания, бремя его ненависти, бремя надежды на что-то большее. Я отгородилась. Ледяной вал был возведен. Высокий, гладкий, непреодолимый. За ним – тишина и достоинство.

Вот такой поворот произошел в нашей истории. А еще одна пронзительная история сейчас пишется тут: "Один день в октябре"

https:// /shrt/mNhI

Это мини-история о временной петле в один день, которая пишется в процессе бесплатно, по окончании станет платной.

Аннотация:

Виталина считала, что ее жизнь – это тупик. Бесперспективная работа, брак, рассыпающийся как песочный замок, деспотичная мать и сын, который замыкается в себе от постоянных ссор родителей. В один октябрьский день, когда отчаяние достигло пика, она почувствовала странный озноб, а наутро проснулась и поняла, что стала пленницей в собственном теле.

Магдайлер, древнее существо, теряющее связь с реальностью, веками использовал людей как «сосуды», чтобы хоть ненадолго ощутить вкус жизни. Очередной «сосуд» должен был стать простой формальностью. Но случилась двойная ошибка: он оказался в теле женщины, а ее сознание не уснуло.

Теперь они заперты вместе. Один день. Один и тот же день. День, который раз за разом возвращает их к точке отчаяния. Чтобы разорвать петлю, Магдайлер и Виталина вынуждены искать ошибку, разрушающую ее жизнь. Он – холодный наблюдатель, видящий все ее страхи и слабости. Она – отчаявшаяся женщина, вынужденная смотреть на себя со стороны.

Вместе они пройдут через покорность, ярость и безразличие, чтобы понять: чтобы обрести свободу, нужно не изменить мир, а найти в себе силы отпустить прошлое, выстроить границы и, наконец, услышать тихий голос собственного сердца.

Даже если для этого придется простить себя и открыться тому, кто пришел из другого мира, чтобы обрести в ее мире свою единственную жизнь.

Переезд занял меньше дня. Я перевезла главным образом основное, вещи первой необходимости, свои книги, кристаллы с заточенной морской водой. Все что было нужно, чтобы не возвращаться сюда долгое время, было перенесено в «Лунный Причал». Остальное будет перенесено постепенно.

Небольшой особняк нашей семьи, стоящий на одинокой скале, выступающей в море, не был роскошной резиденцией. Скорее убежищем, местом для уединения и размышлений. Отсюда, с высокого обрыва, открывался вид на бескрайнюю водную гладь с одной стороны и, что было куда большей пыткой и утешением одновременно, на величественный силуэт «Пристани Феникса» с другой.

Его огненные шпили и светящиеся окна были видны отсюда, как картина в рамке из морского тумана. Близко, чтобы видеть. Достаточно далеко, чтобы не слышать.

Сам «Лунный Причал» был полной противоположностью нашей с Диланом цитадели. Выстроенный из светлого морского камня и выбеленного дерева, он состоял всего из нескольких комнат: просторный зал с огромным каминным порталом, маленькая библиотека и кабинет, спальня и моя личная лаборатория с дверью прямо на скалистый выступ над волнами.

Вместо золота и бархата – лен, простой дуб и керамика синих и серых оттенков. Повсюду стояли кувшины со свежей морской водой, а воздух всегда был наполнен соленым дыханием прибоя и криками чаек.

Здесь не было места пышным приемам, интригам или призракам былой любви. Здесь была только я, бесконечный горизонт и гулкая, целительная тишина, прерываемая лишь рокотом волн, разбивающихся о скалы внизу.