Я хотела брякнуть что-то вроде «Не стоит терять время, ведь и без того ясно, что я провалила испытание», но у меня просто не было на это сил.

И с каких пор Аластер вообще отчитывался передо мной, что сделал и что собирается делать?

— Можно я тоже пойду к этой Агнессе? — спросила Руби.

— Если пообещаешь не облизываться на неё, — усмехнулся мужчина.

— Я постара-а-аюсь.

Итак, лиса отправилась вместе с лордом узнавать мой приговор, а мне оставалось только потягивать чай и наблюдать за танцами пламени.

Ну, это я так думала…

«Ты красивая… — прозвучало где-то над ухом. Голос был низкий, хрипловатый, но точно женский. — Но этого недостаточно, чтобы войти в род Хейлов. Ты должна быть сильной, терпеливой. Хорошей матерью. Молчаливой женой…»

Я подняла голову и вздрогнула. Рядом с диваном стояла высокая и полная женщина в платье, которое вышло из моды много веков назад. Её белые волосы были уложены в высокую причёску, губы выкрашены в тёмно-алый, голубые глаза украшены стрелками едва ли не до висков.

Я точно знала, что она мертва. Но женщина не выглядела как типичный призрак.

— Вы Агнесса Хейл? — прошептала я. — Вы придумали все эти традиции.

— Разумеется, дорогая.

— Но… Аластер говорил, что вас невозможно увидеть, вы этим отличаетесь от других призраков.

«Ты и не видишь, — улыбнулась она игриво, — ты спишь. Вчера было тяжёлое испытание, очень важное. Ночью откровения с Аластером и твоей лисой. Утром отравление. В обед знакомство с бывшей невестой твоего жениха. Вечером смерть какого-то старика. И его воскрешение соответственно. Это если не вспоминать про фееричный поцелуй.»

Фееричный? Так ещё кто-то говорит?

«Ты устала и заснула, — продолжила Агнесса. — В этом нет ничего удивительного.»

Я кивнула, присмотрелась к ней и усмехнулась:

— А вы не похожи на покорную жену. Совсем.

Она посверлила меня взглядом несколько мгновений, а затем расхохоталась и достала невесть откуда трубку, которой тут же принялась дымить.

«Да, это так… Ну и натерпелся же мой муж от меня. Ты бы слышала наши ссоры! Южане учились пылкости именно у нас, говорю тебе!»

— Раз так, тогда зачем столько испытаний? Вы же знаете, что настоящая женщина может быть какой угодно, но только не покорной.

«Ну… Спасибо за комплимент, милая. Но мой муж знатно со мной помучался. Ушёл в могилу и потом приходил ко мне во сны, чтобы уговорить не умирать тоже число и месяц. Не хотел меня видеть после смерти. Такой милый… Ты слышала, как он умолял, ха-ха. Так о чём это я? Я не хотела, чтобы так же страдали мои сыновья. Они мне родные всё-таки. Кровь от крови. Поэтому с особой строгостью относилась к их пассиям. Вскоре мои требования стали традицией, а потом и обязательной подготовкой к брачному ритуалу. Без прохождения испытаний не будет и свадьбы, потому что не будет нужной энергетики. Это важно.»

— Так, значит, я не прошла? Умертвить старика — это ещё постараться надо, я понимаю. Но, может, вы дадите мне второй шанс? Поверьте, с детьми я веду себя иначе.

«А со стариками, значит, можно себя так вести? Топить их, м? Менять их жизнь на флирт! А-ха-ха-ха! Ты бы видела своё лицо! Да всем на него плевать. И испытание ты прошла автоматически, когда выяснилось, что детей тебе не предоставили. Аластер правда не зашёл ко мне, чтобы это узнать.»

— Правда? Но почему прошла, если я не показала себя?

«Я слышала ваш разговор ночью. Что ты пошла на этот брак ради своего брата. Это многое о тебе говорит. Я уверена, что ради своих родных сыновей ты будешь стараться ещё больше.»

— Спасибо…

Я хотела бы ещё поговорить с Агнесс, но она закашлялась дымом, и я из-за этого проснулась.

Чтобы узнать, что была уже не на диване в гостиной, а в объятьях Аластера. Он куда-то меня нёс.

Заметив то, что я проснулась, мужчина объяснил:

— Решил, что вам будет удобнее ночевать в спальне, но будить не хотел. Не знаю, как вы это сделали, но испытание засчиталось, как пройденное.

Ему повезло, что я была слишком сонная и ничего не ответила.

Стоило ему только ещё раз зайти в комнату Агнесс ещё до поездки к Алисии, и он бы понял, что испытание было пройдено ещё тогда.

— Не вижу радости на вашем лице, лери… — практически пропел мужчина.

Я была в шаге от того, чтобы попросить его заткнуться, даже несмотря на то, что это недостойное поведение для любой лери.