— Эту он не любит особенно, не так ли? — спросила я.

Голем промолчал, но было ясно, что место соответствовало моему образу в представлении мужчины.

Я выпрямилась, сложила руки за спиной и сделала несколько шагов, размышляя о ближайшем будущем.

— Валет, вы не принесёте мне вёдра с водой и несколько тряпок?

— Вы не привезли с собой служанку, лери, — напомнил мне Валет так, будто бы я могла упустить эту непримечательную детальку.

— Ничего, справлюсь сама. Или лорд Хейл запретил менять безусловно изысканный облик комнаты?

— Инструкций не было.

— Тогда прошу поторопиться. У меня много дел.

Валет удалился на время, а Руби, ещё несколько раз чихнув, стала отпрашиваться выведать обстановку.

— Табита, отпусти меня, а? Я тебе всё равно не помогу. У меня лапки!

— Это место не кажется безопасным, — ответила с сомнением. — Обещаешь вести себя осторожно? И не забегать далеко.

— Да, — Руби облизнулась. — Конечно!

Скорее всего, обследовать она собралась кухню. Мне пришлось позволить ей прогуляться. Самой есть не хотелось. На самом деле я была слишком встревожена для этого.

К ужину нужно сделать всё возможное, чтобы вновь начать чувствовать почву под ногами.

Когда лисонька убежала, со всем необходимым вернулся голем. Он не отходил от меня. Полагаю, потому что такова была инструкция. Иногда его глаза светились синим, и тогда я чувствовала в комнате присутствие кого-то ещё…

Должно ли это было напугать меня?

Не знаю. В любом случае я не собиралась поддаваться провокациям.

Может быть, Аластер следил за мной? Это маньячная манера уже скоро начнёт меня напрягать…

Можно же нормально пообщаться.

Но нет, куда эффективнее, по мнению мага, подглядывать из-за кустов или глазами слуг.

Боится он что ли? Опыта с женщинами не было?

Так за насмешливыми рассуждениями прошло пару часов уборки. В какой-то момент Валет стал мне помогать. Будто бы до него наконец-то дошло, что именно и для чего я делала.

Голем стирал занавески, покрывала и прочие ткани. Я с трудом оттёрла всякую гадость от решёток и окон, прошлась тряпкой даже по потолку с помощью двух стульев, вывалила гору старой женской одежды на пол и помыла шкафы. С самими вещами, в основном чёрными и ветхими, даже не знала, что делать.

— Это, наверное, стоит отнести в кладовку, — сказала Валету. — Или куда-нибудь на чердак. Я бы вообще всё сожгла. Но вдруг лорду Хейлу эти вещи дороги.

— О, нет, лери, — в этот момент я вздрогнула, потому что глаза голема вновь вспыхнули синим. — Это наряды для вас. Это… традиция. Все женщины рода Хейлов носили эти платья.

— Простите, — не смогла я сдержаться и ткнула шваброй в одну из юбок, которая больше походила на ветошь, — конкретно эти платья?

— Это честь для вас… То есть, конечно же, для нас. Честь для нас, что теперь эти платья будете носить и вы. И, конечно же, вон те чёрные панталоны.

Я сжала швабру покрепче, в какой-то момент мне даже показалось, что деревяшка вот-вот треснет.

Я бы большее удовольствие получила, если бы она треснула при ударе о чьё-то невыносимое, наглое лицо.

И нет, речь вовсе не о Валете.

— Я знаю, что вы там!

— О чём вы, лери? — голем на мгновение ухмыльнулся и то это можно было понять только по энергетике вокруг него. Затем глаза слуги перестали светиться синим. Валет был неподвижен. С задержкой он переспросил:

— Что вы говорили, лери?

Я бросила раздосадованный взгляд на старые вещи… Может, и получится из них выделить что-то крепкое, что-то что выдержало бы стирку.

Но, вообще-то, это отвратительно. Ставить меня в такое положение.

Я не думала бунтовать. Если должна была носить чёрные вещи, если должна была отдать свою силу, забыть свою фамилию, свою семью.

Аластер, видно, понял это и решил усугубить всё тем, что я обязана буду не просто носить определённые вещи, а донашивать за другими, скорее всего уже давно мёртвыми женщинами.

И это можно было бы стерпеть. Но некоторые платья от времени разваливались в руках.

— Вы устали, лери Табита? — спросил вдруг Валет.