— К вам тут эта, — отрапортовал стражник.

Мужчина даже не поднял головы, продолжая писать.

— Вижу. Иди.

Дверь за спиной девушки торопливо захлопнулась, отрезая от звуков улиц. Теперь в пыльной тишине осталось лишь мерное поскрипывание пера. Выждав некоторое время, Адри решила заговорить сама.

— Добрый день. Я хозяйка пекарни в рабочем квартале…

— Угу. — перо скрипнуло особо противно и сломалось. Мужчина буркнул что-то себе под нос и взял другое.

— Дело в том, что вчера на пекарню напали разбойники. Они забрали всю выручку и… — девушка закусила губу, — Некоторые вещи, которые остались от предыдущих владельцев.

— И…?

Адриана немного растерялась. Ей казалось, что сообщение о разбойниках заслуживает большего внимания, однако у главы стражи очевидно было другое мнение. Он по-прежнему продолжал писать нечто, несомненно более важное.

Девушка скользнула взглядом по столу, невольно задержавшись на чернильнице.

— Я лишь хотела попросить… — однако прежде чем она успела закончить, чернильница вдруг перевернулась.

По ранее исписанным листам побежали темно-синие потоки. Мужчина выругался.

— Я должен был закончить это до возвращения Его милости!

— Простите… — Адри сделала шаг назад. Сердце вдруг застучало с такой силой, что на миг даже потемнело в глазах.

— Так чего тебе было нужно? — скомкав испачканные листы, начальник стражи швырнул их под стол. — Грабители… Ты хоть запомнила, как они выглядели?

— Их было четверо… — Адриана старалась смотреть прямо перед собой. — И один точно владел магией…

Мужчина слушал ее не перебивая. Когда Адри закончила, он заложил руки за спину и кивнул.

— Хорошо, я запомнил. Если попадутся молодчики подходящие под описание, то вам обязательно дадут знать. А теперь, — он сел за стол и снова взял в руку перо, — Прошу меня извинить.

— Но разве вы не собираетесь искать их?

— Из-за семнадцати золотых и некой посуды, существование которой вы даже не можете подтвердить?

Адриана набрала в грудь воздуха, однако заговорить ей не дали.

— Мне искренне жаль, что ваша пекарня подверглась нападению. Однако я не сомневаюсь, что разбойники рано или поздно попадутся. Пусть даже пройдет месяц или два, но от правосудия…

— У меня нет столько времени. — выдохнула девушка, — Ведь до осени…

— Простите, но это уже не мои заботы. — оборвал ее стражник. — А теперь вам действительно пора. — он кивнул на дверь, показывая, что разговор окончен.

Адриана побледнела. Но что она могла? Настаивать на своем и дождаться чтобы ее унизительно выставили за дверь силой? Она ведь всего лишь пекарша из бедняцкого квартала…

Ситуация была неприятная, однако оставался еще один, совсем крошечный шанс. Градоправитель. Должен же он быть заинтересован, чтобы пекарня продолжала работу? Тем более ей нужны не послабления, а только небольшая отсрочка.

Теплые солнечные лучи все еще скользили по облакам, окрашивая половину неба в густой золотистый цвет. В то же время, с противоположной стороны уже подступала плотная синева, сквозь которую пока еще не могли пробиться звезды. Но совсем скоро…

Адриана зябко поежилась и прибавила шаг. Собиралась же вернуться в пекарню до наступления темноты. Впрочем, уже недалеко, всего-то осталось пройти пустырь и две улицы.

Как миновала чистую часть города, девушка совершенно не помнила. В ушах все еще звучал сухой, чуть язвительный голос:

— Ограбили пекарню? Надо же! И как удобно, ровно за две недели до выплаты первой части долга.

Адри сжимала пальцы, пока в них не поселилась тупая ноющая боль. Пробиться на прием к градоправителю оказалось непросто. Сколько она ждала? Час или все четыре? И ей еще повезло, как никак — не приемный день.

— Значит, вы не можете выплатить три королевских золотых к осени? Что ж, вам не повезло. Вы были прекрасно осведомлены…

— Могу ли я для начала выплатить лишь два? — (какое же счастье, что грабители не добрались до денег, взятых из дома). — А через пару месяцев я внесу на королевский золотой больше.

— То есть деньги у тебя все-таки есть? — губы кривятся в презрительной усмешке. — Чего же тогда мне голову морочишь?