Их взгляды встретились. Адриана вдруг почувствовала, что очень устала. А еще… она наговорила слишком много лишнего. Гораздо больше, чем собиралась сказать.

— Простите. И пусть это останется между нами. Я вовсе не собираюсь становиться рабом города. У меня впереди половина месяца, и я заработаю нужную сумму, чего бы мне это ни стоило.

В болотного цвета глазах, угрюмая сосредоточенность сменилась легкой тревогой.

— Не знаю, что вы задумали, но постарайтесь не наделать глупостей.

Адри покачала головой и улыбнулась одними уголками губ.

— Не беспокойтесь.

* * *

Тая встретила ее с выражением радости и облегчения.

— Уже так темно! Ко мне два раза заходил Ром, и один раз тот мужчина… ну тот… который оставил платок. Я зажгла свечи и все думала, как же быть, если ты вдруг не вернешься?

— Но я вернулась. — девушка опустилась на край лавки. — Просто слишком долго ждала, пока мне смогут уделить время.

— И… и что же тебе сказали?

— Что тех разбойников обязательно поймают. — Адриана тихо выдохнула. — И что все будет хорошо. А сейчас я безумно хочу есть, ты еще не ужинала?

* * *

Поздно ночью, лежа в своей постели, Адри задумчиво водила пальцем по подушке. Тело сковывала изнурительная усталость, однако девушка никак не могла заснуть.

Всего половина месяца. Уже даже меньше. И за это время нужно заработать целый королевский золотой. Хотя бы один. Два других она возьмет из тайника под половицей.

Пять обычных золотых. Пятьдесят серебряных, или семьсот пятьдесят малых серебрушек. За двенадцать дней. Значит, каждый день нужно зарабатывать чуть больше четырех серебряных.

Девушка повернулась на другой бок и прижала к груди тонкое одеяло. Если повезет, то хлеба она сумеет продать на два серебряных. Правда в некоторые дни его совсем плохо берут. И еще на два серебряных надо напечь пирогов.

Только вот и муки осталось совсем немного. А следующую должны привезти только дней через десять. Адри поджала поближе ноги. Будет трудно. Но если обратиться к сухим цифрам, то дело уже не выглядит таким безнадежным. Просто надо будет много работать. Больше чем всегда.

Ночь, проведенная в раздумьях, бодрости не добавила. Но не успели первые лучи солнца показаться над горизонтом, как Адриана была уже на кухне. Невозможно спать, когда нужно столько всего сделать.

Первым делом девушка проверила остатки муки. Хватит или не хватит до осени? Если расходовать умеренно — должно хватить. Только вот о какой умеренности может идти речь, когда выпечки требуется раза в два больше?

Раньше она думала, что в случае необходимости всегда сможет докупить из своих денег. Однако такой возможности у нее больше не было. На чем же сделать упор? Хлеб или пироги?

Адриана переставила свечу на стол и бросила взгляд на полупустую корзину. Сын прачки видимо успел насытиться сладкими пирожками, поэтому стал приносить яблоки далеко не каждый день. И всего несколько дней назад, она не видела в этом проблемы, ведь выручки хватало.

Можно было бы отправиться в лес самой, но не будет ли это пустой тратой времени, которого и без того немного?

Один королевский золотой…

Может ей удастся продать что-нибудь из посуды? Благо ее в пекарне имелось с избытком. Надо только перемыть еще раз сковороды и блюда, и выбрать из них те, что выглядят поновее. Но не сейчас, а дней через семь. Когда станет окончательно ясно, сколько ей не хватает.

А сейчас ей предстоит работа…

* * *

Когда Таяна спустилась на первый этаж, Адриана уже заканчивала на первый раз обминать тесто.

— Ой… — девочка остановилась на нижней ступеньке, — Неужели я проспала?

— Нет, просто я решила встать пораньше. — отряхнув руки от муки, Адри взяла чистое полотенце. — Хочу попробовать открыть пекарню задолго до полудня.

— Но ведь… — начала девочка, но оборвав себя на полуслове, кивнула. — Ты уже подготовила начинку для пирогов?

— Только почистила яблоки.

Тая без лишних слов достала тяжелую сковороду и взяла нож. Адриана ощутила прилив благодарности. В какой момент ее помощница успела измениться? Куда делась вечная нерешительность и замечания, что «так никто не делает»?

Девочка, тем временем, нарезала яблоки тонкими пластинками и выложила их в сковороду. Спустя несколько минут по кухне поплыл нежный, чуть сладковатый аромат.

— Это были последние.