Анна уже больше не переживала за старого друга. Он был недостоин и капли ее жалости! Ей до сих с трудом верилось, что Джастин поступил как настоящий подлец.

Как мужчина, признавшийся женщине в своих чувствах, мог сделать такое? Создать проблему, а затем трусливо сбежать? Словно нашкодивший ребенок! Для Джастина Анна была всего лишь игрушкой, которая ему не досталась.

В этот самый момент она волновалась исключительно за своего супруга. Было страшно представить, если Маркус каким-нибудь образом пострадает.

Анна понятия не имела, чем сможет помочь в конфликте двух мужчин. Однако она просто не могла оставаться в неведении. Чувствовала, что должна быть рядом с мужем.

Вероятнее было бы умнее вернуться в дом и разыскать Сьюзен, но эта разумная мысль пришла слишком поздно.

Анна замедлилась, чтобы отдышаться. Как впереди, буквально за поворотом, послышались гневные мужские голоса. Значит Маркус догнал Джастина.

Поспешив на звук ругани, Анна очутилась на небольшой лужайке, откуда начинался густой лес. Две мужские фигуры обнаружились возле самых деревьев. И судя по всему, решать конфликт цивилизованным способом никто из них не собирался.

- Я предупреждал, чтобы ты держался подальше от моей жены! – яростно прорычал Маркус, сопроводив свои слова ударом кулака.

Граф бил уверенно, словно все свое свободное время занимался кулачными боями.

- Она сама пришла! – со злым смехом отвечал Джастин, попытавшись увернуться, но тщетно.

Анна замерла на месте, в ужасе наблюдая за развернувшейся дракой. Хорошо, что все происходило вдали от дома и гостей, и у малоприятного зрелища не будет свидетелей. Но, с другой стороны, если драка зайдет слишком далеко, будет некому разнять двух взрослых мужчин.

Анна нервно кусала губы, пытаясь решить, что делать. Остаться до конца? Или бежать обратно и позвать кого-нибудь на помощь?

Мужчины тем временем повалили друг друга на землю. Из-за густой тени деревьев было сложно определить, кто из них, виконт или граф, оказался сверху.

Анна схватилась за грудь, пытаясь унять дико стучащее сердце, которое, казалось, вот-вот выскочит наружу. Смотреть на драку было страшно, но Анна не могла отвернуться ни на секунду, боясь пропустить что-то важное.

Оставалось только молиться, чтобы это все поскорее закончилось.

Наконец один из них поднялся, оставив лежать второго, и, слегка пошатываясь, направился к Анне. Она узнала походку Маркуса и поспешила к нему на встречу.

Но в последнюю секунду Анна заметила, как за его спиной на ноги поднялся Джастин, держа в руках увесистый камень.

- Маркус! – громко крикнула Анна прежде, чем успела сообразить, что собирался сделать Джастин.

В следующую секунду она сокрушенно подумала, что нужно было не звать мужа по имени, а предупредить, чтобы тот обернулся назад.

Однако граф словно считал панические нотки в голосе Анны и резко обернулся, одновременно отскочив в сторону. И вовремя! Джастин промахнулся, и камень улетел куда-то в сторону.

Маркус воспользовался заминкой виконта и, ловко извернувшись, одним ударом вырубил противника. Джастин безжизненно рухнул на землю и остался неподвижно лежать.

Анна торопливо подскочила к мужу и крепко обняла, вложив в это объятие все свои переживания. Маркус едва слышно застонал и напряженно проговорил:

- Осторожнее, мне пока тяжело сделать вздох.

- Ох, прости, - Анна тут же отпрянула, обеспокоенно вглядываясь в лицо графа. – Послать за доктором?

Муж бросил брезгливый взгляд под ноги, туда, где лежал Джастин, и мрачно ответил:

- Придется.

- Он жив? – почти беззвучно прошептала Анна, сдерживая дрожь страха.

- Жив, - коротко уронил Маркус, чуть поморщившись. – Просто без сознания. Мне бы тоже присесть.

С этими словами граф тяжело опустился на землю.

Наконец до Анны постепенно стало доходить чем могла закончиться драка. Одно только воспоминание, как Джастин шел на ее мужа с огромным камнем в руках, вызывало ужас в сердце. Что если бы она не заметила? Не смогла предупредить? Что если бы осталась ждать Маркуса в доме?

Опустившись рядом с мужем на траву, Анна расплакалась. А затем, наплевав, что ее губы были мокрыми от соленых слез, она принялась покрывать лицо Маркуса быстрыми поцелуями, постоянно повторяя:

- Прости, прости, прости меня.