- То самое, - кивнул Джастин и поднял голову наверх. – Несколько дней назад я все проверил. Поднимемся?

- Прямо сейчас? – удивленно вскинула брови Анна и с сомнением поглядела на свои длинные юбки.

- Хочешь сказать, что снова приедешь? – Джастин пронзил ее пытливым взглядом.

Разумеется, она не ничего такого не планировала. Но ей вдруг жуть как захотелось ненадолго окунуться в детские воспоминания.

- Ладно, я поднимусь. Надеюсь, дождь не смыл последние доски? – нервно усмехнулась Анна.

- За столько лет с шалашом ничего не случилось, бояться нечего, - уверенно отозвался виконт и, подняв длинную старую ветку, направил ту к листьям дуба. Через пару мгновений к их ногам упала веревочная лестница. Хитро оглянувшись на Анну, Джастин произнес. – Дамы вперед.

Анна с сомнением покосилась на веревочную лестницу и неуверенно переспросила:

- Я первая?

- Я подстрахую тебя снизу, - успокоил ее Джастин и хитро прищурил глаза. – Или ты струсила?

- Вот еще, - фыркнула Анна, взявшись за лестницу обеими руками, и нарочито строго наказала. – Только не подглядывай.

Сказав это, она вдруг густо покраснела, вспомнив вчерашний инцидент в ванной. Но к ее облегчению, Джастин никак не прокомментировал указание, и тоже взялся за веревку:

- Буду держать крепко, не бойся.

К счастью, наверх Анна забралась без каких-либо препятствий. Внутри шалаша пахло пылью и сыростью одновременно. Низкий столик, пара подушек, рогатка, какие-то книжки и небольшой сундук – все осталось таким же, как она запомнила.

В груди родилось приятное чувство ностальгии. Согнувшись пополам, Анна наплевала на чистоту своего платья и уселась на одну из старых подушек. Через минуту в проходе появилась макушка Джастина, а затем и сам виконт целиком забрался в детский шалаш.

Виконт и раньше ходил здесь в полусогнутом положении, но теперь еще и занимал собой добрую половину пространства. С появлением Джастина в помещении стало вдруг очень тесно.

В голову Анны мигом пришла тревожная мысль.

- Доски выдержат наш вес? – испуганно спросила она, боясь пошевелиться лишний раз.

На что старый приятель легкомысленно отмахнулся:

- Разумеется! Я же проверял его недавно.

- Но ты был один, - возразила Анна и громко чихнула. – Ох, мог бы и прибраться тут!

- Я же не знал, что ты приедешь с визитом, останешься на ночь, да еще и отважишься сюда подняться, - справедливо заметил Джастин. – Знай я заранее, я бы обязательно все тут убрал и подготовил шалаш для леди.

- Не ищи отговорок, - хмыкнула Анна.

- Но должен признаться, что кое-что я все-таки предусмотрел, - виконт расплылся в самодовольной улыбке и потянулся к крышке сундука.

- Не может быть! – расширив глаза, весело воскликнула Анна, когда Джастин выудил корзинку с бутылкой вина и парой бокалов.

- Подумал, это сгладит ситуацию, и ты закроешь глаза на пыль.

- А если бы я отказалась идти? – вскинула бровь она.

- Тогда мне пришлось бы вернуться сюда позже и напиться в одиночестве, - сокрушенно покачал головой виконт, но в карих глазах плясали чертята.

- Ты бы просто пригласил сюда другую леди, - покачала головой Анна.

- Ты так думаешь? – Джастин заглянул ей в глаза. – Другие леди не читали здесь со мной запрещенную для детей литературу.

- Святой дух! Зачем ты вспомнил! – весело охнула Анна. – Боже, какой стыд…

- Мы были детьми и ничего не понимали, - пожал мужчина плечами и принялся разливать напиток цвета спелой вишни.

- Ты прав, - добродушно согласилась она, принимая наполненный бокал. – Кстати, я ведь кое-что хотела тебе вернуть.

Анна порылась в складках платья и достала на свет белый платок Джастина.

- Зачем? У меня таких полно. Можешь оставить себе, - как-то деланно невозмутимо отозвался виконт.

- Но…, - Анна осеклась. В каком смысле оставить себе? Она не может! Неужели он этого не понимал? Или не хотел понимать? – Я не должна была его вообще забирать. Не пойми меня неправильно, но я замужняя женщина.

- Тогда просто выкинь и вопрос решен, - улыбнулся Джастин, но как-то прохладно.

Анна почувствовала себя неловко. Ей не хотелось выбрасывать платок. Это было бы как-то бессердечно. Словно выбросить самого Джастина. Но и сохранить у себя его вещь она тоже не могла. Какой-то тупик!