Майрон тем временем добежал до Гарэйла и, напрочь забыв о правилах приличия, буквально набросился на него с объятиями. Гарэйл, впрочем ничуть не возражал, напротив, легко подхватил мальчишку на руки и прижал к груди.

— Ты сильно подрос с нашей последней встречи, — отметил он. — Скоро станешь выше меня.

— Глупости говоришь! Мне до тебя ещё расти и расти.

Я была поражена столь близким отношениям между братьями.

«Разве Гарэйл не провёл много лет в затворничестве у себя в поместье? — растеряно подумала я. — Как Майрон может его знать?»

Щенок в корзинке, разбуженный громким голосом мальчика, звонко тявкнул, привлекая к себе всеобщее внимание.

— Ох, собака! — в глазах Майрона вспыхнул восторг. — Какая прелесть! Это ваша? — спросил он, обращаясь ко мне.

— На самом деле, это подарок Вашему Высочеству, — с улыбкой ответила я. — Если, конечно, вы захотите его принять.

— Мам? — Шестой принц с мольбой уставился на Дамалию.

— Разумеется, почему нет? — откликнулась та.

Майрон тут же отлип от брата и поспешил ко мне, чтобы поближе познакомиться с новым питомцем.

— Будьте осторожны, Ваше Высочество, — предупредила я, протягивая корзинку мальчику. — Щенок ещё совсем маленький и нуждается в заботе и бережном обращении.

Майрон серьёзно кивнул на моё замечание и, протянув ладошку, предельно осторожно погладил щенка по голове — малыш тут же извернулся и принялся активно лизать пальцы, вызвав у мальчика радостный смех.

— Он такой милый… Как его зовут?

— Ваше Высочество может выбрать имя сам. Это ведь теперь ваш щенок.

— Ты будешь Пирожок! — тут же объявил Майрон, и я ощутила слабое движение магии вокруг щенка.

«Надо же, он признал в мальчике хозяина, — мысленно удивилась я. — Так даже лучше. Аки будет доволен: один из его детей обрёл новый дом».

Пригласив меня на вечерний чай в свои покои, Дамалия увела сына «подыскивать подходящее место для нового питомца». Гарэйл же, отдав приказ слугам доставить наши вещи в покои, подхватил меня под руку и предложил устроить небольшую экскурсию по замку.

— Чтобы ты не заблудилась вечером, когда пойдёшь «на чай», — пояснил он и многозначительно шевельнул бровями, вызвав у меня короткий смешок.

Замок был воистину огромен и богато обставлен. Повсюду сверкал хрусталь, стояла мебель, обитая бархатом, и висели картины и зеркала в позолоченной оправе, а дубовый паркет застилали мягкие ковры.

Слуги, попадавшиеся нам на пути, низко склоняли голову перед принцем, а Гарэйл лишь снисходительно кивал на их приветствие, полностью сосредоточившись на объяснении мне месторасположения тех или иных комнат.

— Первый этаж тебе без надобности, здесь располагается приёмная, зал ожидания, кухня, кладовые и комнаты прислуги, — объяснял он. — Большую часть второго этажа занимает бальный зал, также там находится парадная столовая и тронный зал, в котором Его Величество собирает Королевский совет.

— Получается, жилые комнаты начинаются с третьего этажа?

— Именно так. Западное крыло отведено для королевской семьи, там находится и спальня отца, и его рабочий кабинет, и апартаменты Дамалии с Майем. Мы тоже будем жить там.

— К слову о Майроне. Меня, признаться, несколько удивило, как тепло вы друг к другу относитесь. Ты ведь, кажется, уже безвылазно сидел в Мэнолете, когда он родился?

— Да, это так, — подтвердил Гарэйл. — Однако Дамалия часто навещала меня и во время беременности, и уже после рождения Майя. Так что её стараниями я имел возможность познакомиться и сблизиться с самым младшим из своих братьев.

Гарэйл провёл меня по длинному коридору на третьем этаже и открыл одну из дверей.

— А вот и наша комната, — объявил он, пропуская меня вперёд.

Переступив порог, я оказалась в уютной гостиной, оформленной в коричневых тонах, с бежевой обивкой диванов и письменным столом из светлого дерева, ютившимся в углу возле окна, задрапированного тяжёлыми бордовыми шторами.

— Спальня у нас общая, — предупредил Гарэйл, взмахнув рукой в сторону двери возле книжного шкафа.

В другой ситуации меня бы крайне взволновала эта новость, но сейчас мой разум был захвачен совершенно иными мыслями, поэтому я пропустила замечание супруга мимо ушей, вместо этого спросив:

— Ты хорошо знаешь Дамалию?

— Достаточно, чтобы считать подозрения Индара на её счёт смехотворными и беспочвенными.

Я нахмурилась и прямо посмотрела на принца.

— Почему тогда ты не возразил Индару, когда он обвинял её в избавлении от соперниц?

— Потому что с Индаром проще согласиться, чем переспорить.

— И тебя не беспокоит, что он в своём заблуждении может ей навредить? — возмутилась я.