Естественно, идей лучше, — да что там лучше, просто хоть сколько-нибудь проработанного плана, — у меня не было. Но и то, что предлагал Его Высочество…

— Все знают, что я — невеста Индара, — тихо напомнила я. — Никто не поверит, что сразу после гибели жениха я нашла ему замену.

Гарэйл презрительно скривился.

— Как показывает мой опыт, люди готовы поверить во что угодно, особенно если оно характеризует другого с плохой стороны.

Я шумно вздохнула и перевела взгляд на окно, спешно обдумывая слова принца.

— Что именно будет включать роль вашей невесты? — утонила я.

— Будете мило улыбаться и подтверждать любую ложь, которую я скажу. Больше от вас ничего не потребуется.

Я облегчённо вздохнула — улыбаться и просто быть красивой я умею. Это совсем не сложно.

— Хорошо, — кивнула я. — Я согласна, Ваше Высочество.

— Прекрасно, в таком случае, располагайтесь. Чуть дальше по коридору, последняя дверь справа — библиотека. Можете скрасить досуг там. А я займусь подготовкой нашей поездки в Деспоин, — Гарэйл направился к двери, но затем резко остановился. — Напишите письмо матери. Без указания, где вы находитесь и с кем. И уж тем более ничего не рассказывайте о нашем плане. Просто успокойте герцогиню, что с вами всё в порядке и вы находитесь в безопасности.

Я растеряно моргнула. За всеми треволнениями мне даже в голову не пришло, что матушка наверняка места не находит от беспокойства из-за моего побега и стоит ей послать весточку, что со мной всё хорошо.

В груди разлилось тепло, и я ощутила прилив острой благодарности к Его Высочеству.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я его. — И за помощь, и за совет. Я сейчас же напишу матери.

— Диглан, — внезапно громко гаркнул принц, и на его зов буквально из воздуха материализовался уже знакомый мне старичок в костюме дворецкого. — Леди Эйкин задержится у нас на неопределённое время. Позаботься о том, чтобы у неё было всё необходимое. Как только она напишет письмо, доставишь его герцогине Эйкин и передашь лично в руки, но так, чтобы никто не увидел.

— Будет исполнено, хозяин.

Только сейчас я обратила внимание, что было в этом дворецком нечто странное и противоестественное. Нет, выглядел он вполне обычно и даже заурядно. Однако то, как он держался, разговаривал и смотрел… Я привычно «переключила» зрение с обычного на магическое и отшатнулась. В дверях стоял самый настоящий демон, с острыми рогами, длинным безволосым хвостом, красной, будто потрескавшейся, кожей и абсолютно чёрными глазами, на дне которых бушевало неугасимое пламя Преисподней.

— А вы действительно умны, леди Эйкин, — хмыкнул Гарэйл, от которого явно не укрылось выражение вселенского ужаса, на мгновение мелькнувшее на моём лице. — Советую вам пройтись по особняку и внимательно осмотреться. Ещё не поздно передумать и вернуться домой под заботливое крылышко матери. Потому что как только мы подпишем договор — а мы его подпишем, я не дам вам возможности для обмана, — я сниму иллюзию и с поместья, и со своих слуг. И то, что скрывается под чарами, вам точно не понравится.

Взглянуть магическим зрением на особняк и остальных его обитателей я не рискнула, опасаясь, что после этого мне не хватит храбрости заключить сделку с Его Высочеством. Нет уж! Если он может помочь моей семье — пусть помогает, назад я не поверну. Так что уж лучше я узнаю правду постфактум, когда ничего изменить уже будет нельзя.

Написание письма не заняло у меня много времени. Я ограничилась заверениями, что у меня всё хорошо, я нахожусь в надежном месте, и мне ничего не угрожает. Большего матушке знать было не обязательно.

Диглан принял у меня из рук запечатанный конверт с почтительным поклоном, но мне с трудом удалось сдержать внутреннюю дрожь. Да, сейчас передо мной был презентабельного вида пожилой мужчина, но я не могла стереть из памяти увиденные рога и хвост, и это знание закономерно влияло на моё восприятие дворецкого.

Чтобы хоть немного успокоить расшалившиеся нервы, я отправилась на конюшню к Буре. На входе меня встретил давешний мужчина, и я поборола в себе искушение взглянуть на него магическим зрением, чтобы удостовериться, что он действительно человек. После намёков Гарэйла у меня почему-то возникло стойкое ощущение, что из людей в поместье Антейн были только мы с принцем.

— Миледи, — конюх, всё ещё сидевший на табурете возле входа в конюшню и при этом не выполняющий свои прямые обязанности, приветливо мне улыбнулся. В его поведении не было ни капли почтительности и подобострастия, свойственного слугам, что только укрепило меня в уверенности, что человеком он быть не может. — Как спалось?