У меня сердце болезненно сжалось от осознания, насколько низко себя ценит этот, безусловно, восхитительный во всех смыслах мужчина, раз, стоя на коленях, пытается убедить меня в том, что достоин любви и семейного счастья.

— Тебе не нужно быть похожим на Индара, — перебила я его, не позволив унижаться дальше. — Просто пообещай, что будешь уважать меня и преданностью ответишь на преданность. Этого будет достаточно.

Гарэйл на мгновение замер, наградив меня ошеломлённым взглядом, а затем поднёс мою ладонь к своей груди и положил её точно над заполошно бьющимся сердцем.

— Если ты согласишься стать моей, оно будет принадлежать тебе, — твёрдо заявил принц. — И я вместе с ним. Если, конечно, для тебя этого будет достаточно.

— Более чем, — заверила я его.

Гарэйл облегчённо вздохнул, а затем медленно поднялся и склонился надо мной, отчего наши лица оказались в опасной близости друг от друга.

— Я могу поцеловать тебя? — внезапно охрипшим голосом спросил он.

Я судорожно сглотнула и коротко кивнула, после чего чуткие пальцы мягко ухватили меня за затылок, слегка наклонив голову, а сухие губы с неожиданной страстью впились в мои собственные. Впрочем, поцелуй не длился долго, Гарэйл практически сразу отстранился, при этом тяжело и шумно дыша, точно загнанная лошадь.

— Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, — пылко пообещал он. — И никогда не пожалела об этом решении.

В этот момент дверь неожиданно открылась, и в комнату вошёл слуга.

— Хозяин просил передать, что желает видеть вас обоих в гостиной, — почтительно поклонившись, сообщил он. — Это срочно.

Мы с Гарэйлом обменялись встревоженными взглядами.

— Да, я сейчас приду, — моментально придав лицу отстранённое выражение, ответил принц.

— Я иду с тобой, — непреклонно заявила я, поднимаясь из-за стола.

Гарэйл тепло улыбнулся мне и коротко кивнул.

В гостиную мы вошли вместе. И Пэйот находился в комнате не один.

В одном из кресел, с правой рукой на перевязи и правым глазом, скрытым непроницаемой чёрной повязкой, сидел Индар.

Мне показалось, что пол ушёл у меня из-под ног, и если бы Гарэйл не придержал меня за локоть, я непременно бы рухнула прямя там.

— Индар, — неверяще пробормотала я, глядя на внезапно воскресшего возлюбленного. Глаза сами собой заволокли слёзы, и я даже не пыталась сдержать их, позволив свободно стекать по щекам.

— Яра, — нежно отозвался тот и с явным трудом поднялся на ноги, оперевшись здоровой рукой на трость, которую я до этого не заметила. Взгляд Индара лишь ненадолго задержался на мне, а затем скользнул к моему спутнику. — Брат.

— Тебе стоило дать о себе знать раньше, — абсолютно ровным, безэмоциональным голосом отозвался Гарэйл. — А не разыгрывать спектакль с воскрешением из мёртвых.

Гарэйл уверенно вошёл в комнату и утянул меня за собой, поскольку сама я всё ещё пребывала в состоянии шока и вообще не соображала, что нужно делать, после чего настойчиво усадил на диван, а сам отошёл к окну, встав и от меня, и от Индара на максимально возможном расстоянии.

— Я думала, ты погиб, — жалобно проговорила я, не в силах отвести от Индара глаз. — Маргарет написала мне…

— Я догадываюсь, что она написала, — перебил меня он, и, заметно припадая на левую ногу, подошёл ко мне, опустился на диван рядом и, прислонив трость к подлокотнику, аккуратно взял мою ладонь в свою руку. — Мне очень жаль, что тебе пришлось пережить весь этот ужас, но по-другому я поступить не мог.

Я шумно вздохнула и поджала губы, сдерживая рвущиеся наружу обвинения. Шок и радость встречи постепенно стихли, сменившись замешательством, и мой взгляд невольно обратился к Гарэйлу. Каково ему сейчас? Только что он признался мне в чувствах и был счастлив от возможности наконец-то узнать, каково это, когда тебя любят и ценят. А теперь вернулся его брат, и что со всеми нами будет дальше, я не представляла.

— Как ты узнал, что мы с Ярвеной здесь? — холодно спросил Гарэйл, вперив в Индара острый взгляд.

— У меня есть свои люди среди приближённых Её Величества Кьяны, — объяснил тот. — Они сообщили мне о вашем прибытии в Деспоин.

— Тогда ты должен быть в курсе и о цели нашего появления здесь.

— Да, я знаю, что ты благородно решил помочь герцогу Эйкину и его семье и ради этого даже согласился стать женихом Яры, — Индар послал Гарэйлу тёплую улыбку. — И я безмерно тебе благодарен за это, брат. Я бы никогда не смог себя простить, если бы Салватор и его семья пострадали по моей вине.

— По твоей вине? — Гарэйл нахмурился. — Что ты имеешь в виду?

Индар тяжело вздохнул и посмотрел сначала на меня, а затем на Пэйота.

— То, что я сейчас расскажу, является строго конфиденциальной информацией, — предупредил он. — И обладание ею может поставить вашу жизнь под угрозу.