В сущности, условия сделки были просты. Его Королевское Высочество Гарэйл Лиэр, Четвёртый принц королевства Конгрио берёт под своё покровительство семью герцога Эйкина: супругу и двух дочерей, — обязуясь обеспечить им безопасность и безбедную жизнь. В свою очередь леди Ярвена Эйкин, старшая дочь и наследница герцога Салватора Эйкина, поступает на службу к принцу Гарэйлу в качестве ассистентки на срок десять лет, обязуется хранить верность принцу, не разглашать никакую информацию, полученную от него и беспрекословно исполнять его волю.

— Здесь ни слова не сказано о том, что случится, если одна из сторон нарушит условия договора, — заметила я.

— Мы скрепим этот договор кровью и магией, так что наказание за нарушение его простых условий может быть только одно — смерть.

Я тяжело вздохнула, ощущая, как внутри, где-то в районе живота, скручивается тугая спираль страха. Однако поворачивать назад было поздно, да и глупо, поэтому, набрав в грудь побольше воздуха, я твёрдо заявила:

— Я согласна.

Гарэйл тут же вытащил припрятанный в рукаве короткий кинжал и легко вспорол собственную ладонь и капнул несколько капель крови на пергамент, после чего протянул кинжал мне. Я приняла оружие недрогнувшей рукой, решительно разрезала ладонь, тихо ойкнув от резкой боли, и позволила красным каплям скатиться на бумагу рядом с отметинами, оставленными принцем.

— Умница, — похвалил меня Его Высочество. А затем вдруг резко обхватил раненной ладонью за затылок, наверняка пачкая кровью волосы, притянул к себе и смял мои губы в жёстком поцелуе.

Первым моим порывом было оттолкнуть принца, однако в мозгу словно отпечаталась строчка из договора про «выполнять любую волю», поэтому я заставила себя сохранять неподвижность, позволяя делать Его Высочеству всё, что ему заблагорассудится.

«Это всё ради мамы и Гарби», — попыталась мысленно утешить я себя.

Однако спустя пару секунд я ощутила слабый толчок чужой магии, обжёгший губы, и до меня дошло, что именно происходит — Гарэйл всего лишь закрепляет договор! Да, способ весьма странный и далёкий от традиционного, но, возможно, данный ритуал подразумевает именно его?

Осознав это, я окончательно расслабилась, чуть приоткрыла губы и выпустила немного своей магии в ответ.

Гарэйл, кажется, только этого и ждал, поскольку, добившись ответа, тут же отстранился и даже отошёл от меня на пару шагов, восстанавливая социально приемлемую дистанцию.

— Я не могу передавать магию никаким иным способом, кроме как через поцелуй, — прямо глядя мне в глаза, сообщил он. — Большая часть моих исследований связана с призывом потусторонних сущностей. Всё моё тело покрыто множеством рун: защитных, сдерживающих и так далее, — взаимодействие которых не позволяет мне передавать магию традиционным способом.

Звучало вполне логично.

— Почему Ваше Высочество не сказали об этом сразу?

— Гарэйл, — поправил меня принц и криво усмехнулся. — Учитывая, что ближайшие десять лет мы проведём вместе, можете называть меня по имени и на «ты».

— В таком случае, будет резонно, если ты будешь обращаться ко мне аналогичным образом.

— Договорились, — кивнул принц. — Отвечая же на твой вопрос: не сказал, потому что хотел увидеть реакцию.

— И как? Она тебя устроила?

— Полностью, — Гарэйл взмахом руки создал копию договора, которую и вручил мне. — Для меня важно, чтобы ты мне доверяла. Абсолютно и безоговорочно. Что бы я ни сделал, чтобы ни сказала, ты не должна допускать и тени сомнения в верности моего решения.

— А если ты ошибёшься? Никто не может быть непогрешим.

— С любой своей ошибкой я буду разбираться сам. Ни тебя, ни кого-либо ещё она не затронет. Однако во время работы может сложиться ситуация, которая потребует от нас с тобой мгновенной реакции. У меня просто не будет возможности объяснить тебе, что происходит и почему ты должна сделать ту или иную вещь. И если ты меня не послушаешься, нам обоим это может очень дорого стоить.

— Я поняла, — совершенно серьёзно кивнула я. — Поэтому в договоре есть пункт о безукоснительном исполнении твоей воли?

— Да.

Это меня немного успокоило. Правда всё же оставалась одна маленькая деталь, требующая уточнения.

— А что относительно моего тела?

— А что с ним? — Гарэйл нахмурился.

— Вчера ты говорил о том, что можешь потребовать меня расплатиться за помощь телом.

Взгляд Гарэйла потяжелел, а лицо закаменело.

— Не имею привычки никого затаскивать в свою постель силой, — холодно проговорил он. — Я не безгрешен, не отрицаю, и за эти десять лет ты не раз увидишь разных женщин, выходящих из моей спальни. Но все они там оказываются добровольно и с большой охотой.

— Прошу прощения, если мои слова задели вас, Ваше Высочество, — я присела в книксене, моментально возвращаясь к официальному стилю общения.