— Ярвена, присядьте, — попросил он меня, вежливо подхватив под локоть и усадив на своё место, сам же вскочил на ноги и принялся сосредоточенно водить руками у меня над головой, внимательно вглядываясь во что-то в районе моей груди.

— Почему Кьяна решила заменить помолвку свадьбой? — хмуро спросил Индар у брата.

— Потому что она — старая стерва, — недовольно откликнулась я. — И, очевидно, посчитала необходимым перестраховаться на случай, если Гарэйл, будучи тёмным магом, найдёт способ обойти магическую помолвку.

— Она сообщила Орти о нашей с Ярой помолвке, — пояснил Гарэйл, поймав обеспокоенный взгляд Индара. — Вполне возможно, что именно отец настоял на свадьбе. Ему зачем-то очень нужно, чтобы я вернулся ко двору. Он даже заявил, что отменил запрет на тёмную магию.

— Звучит крайне подозрительно, — заметил Индар. — Отец вроде бы никогда не горел желанием видеть тебя во дворце. С чего вдруг такие перемены?

— Понятия не имею, — сухо ответил Гарэйл. — Куда сильней меня волнует то, что помимо меня он пригласил ко двору ещё и Ярвену.

— Он не посмеет ей навредить, — категорично заявил Индар. — Навредить Яре всё равно что объявить войну Деспоину — на это отец точно никогда не пойдет.

— Господа, я вообще-то тоже здесь, — напомнила я недовольным голосом. Мне было не по душе, что мой бывший жених и нынешний муж обсуждают меня, да ещё и в моём собственном присутствии. Это как минимум было невежливо. — И прекрасно вас слышу.

— С «Родительским запретом» всё в полном порядке, — громко сообщил Пэйот, не дав ссоре полноценно разгореться.

— То есть ритуал бракосочетания не прошёл? — уточнила я, моментально переключив внимание на целителя.

— Нет, не прошёл, — успокоил меня тот. — Так что можете не переживать, вы всё ещё совершенно свободная, незамужняя девушка.

— Отлично, — с явным облегчением кивнул Гарэйл. — Хотя бы одна хорошая новость за сегодня. — После чего снова повернулся к брату. — Его Величество дал нам с Ярвеной неделю на, как он выразился, закрепление союза и привыкание друг к другу. Так что через семь дней мы должны вернуться в Конгрио и предстать пред его светлыми очами.

— Семь дней — слишком маленький срок, — посетовал Индар. — Впрочем, если постараться и немного кое-что изменить… — Он вдруг осёкся и с беспокойством взглянул в мою сторону.

— Ярвена, ты, должно быть, устала, — заметила Гарэйл отстранённо. — Думаю, тебе стоит вернуться в свою комнату.

— Щенки вас наверняка уже заждались, — добавил Пэйот более мягким тоном.

Намёк был прозрачней некуда — выметайтесь, леди Эйкин, у нас тут серьёзный мужской разговор, не предназначенный для ваших ушей. Меня подобное отношение несколько покоробило, но я предпочла промолчать — отец тоже постоянно выставлял нас с матерью за дверь, когда речь заходила о делах. Очевидно, это был бич любой женщины, всегда оставаться не удел.

«Мне же лучше, — успокаивала я себя по пути в выделенную мне комнату. — Главное, отца не казнят, и скоро они с мамой и Гарби покинут Конгрио. А политические игры Гарэйла и Индара… Меня они не касаются».

Это, разумеется, был самообман чистой воды. Даже тот факт, что свадьба не состоялась и я могу в любой момент уйти от Гарэйла, не отменяло того, что Его Величество Орти считает нас мужем и женой. И в случае, если Четвёртый принц во что-то вляпается, отвечать на придётся вместе.

Аки встретил меня недовольным ворчанием под аккомпанемент жалобного скулежа щенков.

— Их давно пора кормить, а ты ходишь незнамо где, — укоризненно проговорил пёс.

— Прости, скорость моего возвращения, к сожалению, не от меня зависела.

Позвав прислугу и попросив принести подогретого молока для щенков, я переоделась в своё родное платье, которое мне наконец-то вернули после стирки. Надо отдать должное местным прачкам, постарались они на славу: на платье не осталось ни пятнышка после знакомства с помойкой, хотя я мысленно уже успела с ним распрощаться.

— Если уж взялась заботиться о моих детях, относись к этому ответственно, — наставительным тоном заявил Аки, стоило мне только вернуться в спальню.

— Ну, найди им другую няньку, раз я не устраиваю! — в сердцах воскликнула я, но практически сразу пожалела и примирительно добавила: — Прости.

— Ты расстроена, — пёс пристально посмотрел на меня.

— Да, — призналась я и присела на край кровати поближе к пищащим малышам и их суровому отцу. — Но тут нет ничьей вины.

Аки подполз ко мне поближе и положил голову на колени, проникновенно заглядывая мне в глаза.

— Хочешь, я явлюсь к ним в кошмарах и заставлю страдать? — предложил он, заставив меня нервно рассмеяться.