Наивная девочка, верившая в торжество справедливости, исчезла. На её место пришла другая: решительная и смелая, готовая взять дело в свои руки и защитить то, что осталось от её семьи, любой ценой.
Забытый принц
Я прекрасно понимала, что шансов спасти отца от казни не так уж и много. А вот защитить мать и сестру от изгнания — или хотя бы обеспечить более комфортную ссылку с сохранением титула и денег, — вполне под силу. Но для этого мне требовался сильный, влиятельный союзник из числа приближённых к королю, которых было не так уж и много.
К счастью для меня, я знала одного того человека. Только вот обратиться к нему за помощью было равносильно самоубийству.
О том, что у Его Величества пять сыновей, а не четыре, всё высшее общество предпочло благополучно позабыть. Гарэйл — Четвёртый принц и по совместительству герцог Лиэр, — много лет вёл затворнический образ жизни в поместье своей матери и у местного населения пользовался дурной славой. Поговаривали, что он практикует чёрную магию и приносит кровавые жертвы Тёмному Богу.
Я в эти слухи верить категорически отказывалась. Хотя бы потому, что помнила Гарэйла тихим, скромным юношей, предпочитавшим всё свободное время проводить с книгой в руках.
Мне было десять лет, когда он вместе с беременной матерью и пятилетней сестрой приехал в гости в поместье Вонграт и сразу же завладел вниманием Индара, которого был старше всего на два года. Мальчишки быстро нашли общий язык, и я ненадолго оказалась как бы не у дел, что меня дико злило и обижало. Впрочем, это не мешало мне ежедневно ходить к Монгкутам в гости и хотя бы со стороны наблюдать за «мужской дружбой».
Что там случилось с Четвёртым принцем дальше, мне доподлинно известно не было. Неоспоримым фактом было лишь одно: его мать незадолго до родов вместе с дочерью погибли при таинственных обстоятельствах, а находящийся рядом с ними Гарэйл выжил. Именно тогда в народе прошёл слух, что Четвёртый принц увлекается чёрной магией, и это он убил свою мать и сестру ради того, чтобы стать сильней и получить доступ к каким-то запретным знаниям.
Насколько эти слухи соответствовали истине, опять-таки, никому не было доподлинно известно. Однако после этой трагедии принц заперся в родовом поместье матери и наотрез отказался с кем-либо общаться. В высшем свете о нём быстро позабыли, да и Его Величество больше никогда не упоминал. Однако от этого Четвёртый принц не перестал существовать. И чисто теоретически, если не своим положением, то с помощью пресловутой тёмной магии точно мог мне помочь. Осталось только его уговорить.
Сбежать из поместья, несмотря на серьёзную охрану, оказалось проще простого. Доблестные гвардейцы за месяц настолько привыкли к нашему примерному поведению, что ослабили бдительность, чем я и воспользовалась, с помощью служанки добавив им в напитки снотворное зелье.
— Ваша Светлость, будьте осторожны, — напутствовала меня старушка, придерживая коня под уздцы, пока я забиралась в седло. — До утра вас, конечно, не хватятся, но потом будут искать повсюду и рано или поздно найдут.
— Я не собираюсь прятаться, — заверила я её. — Всего лишь заручиться поддержкой одного человека. — Я наклонилась и благодарно сжала ладонь женщины. — Спасибо за помощь, Роза. Обещаю, как только вернусь, щедро тебя награжу.
— Главное возвращайтесь, госпожа. И да хранит вас Бог.
Ночная гостья
Поместье Антейн располагалось в пятидесяти километрах к западу от Мэнолета — лёгкой рысью это расстояние можно было преодолеть за пару часов, что я и вознамерилась сделать, невзирая на то, что большая часть пути проходила через густой лес.
— Плохое ты задумала, — проворчала Буря, переходя на шаг и тревожно дёргая ушами, едва мы пересекли опушку. — Сейчас ещё на волков наткнёмся…
— Как будто нам впервой, — фыркнула я, успокаивающе погладив лошадь по крепкой шее. — Не волнуйся, я сумею усмирить любого хищника.
Дар понимать живых существ, будь то зверь, птица или насекомое, я обнаружила у себя ещё в раннем детстве. Особой пользы он не приносил, — отец всегда считал его чем-то вроде развлечения, — да и в целом уровень моей магии был довольно низким, так что в магическую академию отдавать меня не стали и даже в реестр магически одарённых не внесли. Да и зачем привлекать ко мне и нашей семье внимание отдела контроля за колдунами? Угрозы не для себя, не для окружающих я не представляла, в учителях не нуждалась — дар сам развился по мере моего взросления вместе со способностью говорить. Так что годам к пяти я одинаково активно общалась что с родителями и прислугой в доме, что с приблудными собачками/кошечками на улице.
— Может, лучше домой вернёмся? — опасливо предложила Буря, когда в кустах что-то громко хрустнуло. — Ну, зачем тебе сдался этот принц? Может, другого найдём?
— За другим придётся ехать в столицу, а туда нас точно не пустят.