- Я не знаю никого, - тут же отзывается Слава.

- Спроси у Крылова, только не говори, что для меня. Нужен свой человек.

- Хорошо, - тут же соглашается и больше не задаёт вопросов. Так лучше. Чем меньше людей будут знать об этом, тем проще.

- Мия, мне жаль, - переходит к той части, о которой лучше не вспоминать. Она не может сделать вид, что этого нет, я послать её к чёрту, потому что она звучит искренне. - Если только могу чем-то помочь…

- Исполни просьбу, этого будет достаточно.

Отключаюсь, чувствуя жалость к самой себе. Мать без дитя, женщина без потомства, преданная жена. Кто я ещё? Сколько придётся вытерпеть, чтобы стать собой. Только даже сейчас понимаю: прежней мне не стать никогда.

Лучше один раз увидеть, говорит поговорка, только есть обстоятельства, которые не дают этого сделать. С некоторых пор я ограничена в передвижении.

К вечеру Слава присылает номер, и я списываюсь с человеком. Всегда говорила Лапину, что в моей жизни есть чудесный мужчина, потому не хочу слышать его усмешки, намекающие на то, что все ошибаются. Именно потому выбор пал на новую подругу. И она не подвела.

На визитке, которую мне скинула Слава, написано «Игорь Петров», и я пытаюсь пробить, кто это человек. Найти выходит не многое, видимо, он следит за тем, чтобы не светиться. В корне верно, потому что медийной персоне такими вопросами заниматься совершенно не с руки.

Отправляю данные и перевожу начальную сумму в качестве затравки, остальное по мере работы. Берёт нехило, только главное - результат. Общается грамотно и без лишних слов, такие кадры ценны. Кто объект, что пробить, какие сроки. Всё.

На всякий стираю любые упоминания его в телефоне, договариваясь, что он сам выйдет со мной на связь. Медсестра приносит обед, совершая манипуляции, и отчего-то после клонит в сон. Очнувшись, понимаю, что телефон лежит в другом месте. И я его туда не отправляла. Бросаю взгляд на дверь, чувствуя себя в западне. Или мне кажется, или они реально за мной следят.

Когда появляется Арс, смотрю на него спокойно.

- Договорись, чтобы завтра меня выписали, - пытаюсь удобнее сесть на кровати, смотря на мужа, а он задумчиво глядит в ответ.

- Тебе следует побыть здесь.

- Для чего?

- Восстановить силы. К тому же, если не заметила, нога.

- Спасибо, что заметил ты, - немного скалюсь. С каких пор у нас подобное противостояние? Словно мы по разные стороны.

- Мия, я хочу помочь, - пытается вразумить меня, будто я совершенно ничего не смыслю в больницах.

Подмывает спросить, правда ли тот разговор, что мне прислали, но это как дёрнуть не вовремя на рыбалке. Рыба клевала, но сорвалась, и у тебя в руках пустой крючок. Лучше подождать этого Петрова, который профи в своём деле, если верить Крыловым.

- Как дела на работе? - спрашиваю, лишь бы между нами не звенела тишина. Арс прищуривается, будто пытаясь разглядеть во мне сумасшествие. Наверное, он ждёт, что я продолжу бить стаканы?

- Рад, что тебе лучше, - подходит ближе, опускаясь на кровать, и она прогибается под его весом. - Всё будет хорошо, - протягивает к моему лицу руку, но я отодвигаюсь.

- Когда планировал сказать мне про бесплодие? - смотрю в его глаза, потому что важно увидеть эмоции. Он может врать, скрывать чувства под маской безразличия, но сейчас немного удивлён. Наверное, Карпов не уведомил, что я знаю.

- Когда отойдёшь, но раз знаешь…, - пожимает плечами, не отводя от меня взгляда.

- Хочешь развод?

Он молчит, сдвинув брови, будто пытается понять, что я задумала.

- Тебе же нужны наследники, Архипов. Найдёшь себе другую жену, молодую, она родит.

Я знаю, что у него уже есть кто-то, он тоже знает об этом, но каждый из нас делает вид, что не знает ничего.

- Ты просто не в себе, - поднимается с места. Больше никакой нежности. - Но, если так хочешь ты, я не стану возражать.

Сжимаю зубы, вдыхая запах предательства. От него так и разит смрадом, и надо найти в себе силы справиться с этим.

«Если хочешь ты»…

- Я не последняя сволочь, - продолжает. - Не придумывай себе того, чего нет.

А я понимаю, что благородством сквозит по другой причине. Журналы и газеты измусолят его, если он бросит жену в таком положении. Он трясётся за свою репутацию, а потому станет идти мелкими шажочками.

- Я говорил с врачом.

- С Карповым?

- Нет, другим. Это касательно твоего душевного состояния.

Напрягаюсь, потому что понимаю, к чему клонит. Неугодную жену проще отправить за забор. Так и он будет выглядеть мучеником, и я не стану ему мешать.

- А что с моим состоянием, Архипов? - говорю спокойно, пытаясь не выдать волнения.