- Можно тебя? - интересуюсь, но она даже не оборачивается. Только вдруг застывает, а потом возвращается.

- Оставьте нас наедине, - просит остальных, и я, мать его, удивлён такому повороту.

- Мы не чужие люди, Архипов, - начинает, упершись руками в стол. - Хочу поздравить с будущим отцовством, - улыбается, и, если бы не знал, при каких обстоятельствах этот разговор, поверил бы в правдивость улыбки. - Как там говорят? - будто припоминает. - Вкусного молочка и спокойных ночей? - будто спрашивает у меня подтверждение. - Только прежде чем записывать на себя кого-то, разберись с отцовством. Птичка на хвосте принесла, что имел ты свою дорогую Жульку пополам с плебеем.

Нарочно меня злит, чтобы вышел из себя. Вворачивает «плебей», потому что я частенько использовал его.

До последнего пытаюсь сохранять спокойствие, пока она продолжает.

- Так что тут 50 на 50, - отрывает ладони от стола, но успеваю ухватить за запястье. Только она тут же выворачивает руку, откидывая верх сумочки.

- Ну и проверься на всякий, - достаёт обеззараживающую жидкость, щедро наливая на ладонь. Показывая, как ей противно моё касание. Как она меня презирает.

- Мало ли? - пожимает плечами. - Парень красивый, конечно, но, как говорится, от гриппа и сифилиса никто не застрахован.

Стучит каблуками на выход, а я сжимаю кулаки, потому что Мия слов на ветер не бросает. Значит, что-то нарыла. Но не буду же, как дебил, интересоваться, откуда инфа?

У двери снова замирает, вколачивая последний гвоздь в мой гроб.

- Надеюсь, ты не знал, что НАШЕГО ребёнка убили намеренно. Нашли заранее машину. Выследили твою жену, - говорит негромко, и я чувствую, как липкий страх ползёт по загривку. Там, позади, стоит ужас с ножом у глотки, и как только хлопнет дверь, оставляя меня одного, лезвие прочертит кровавую черту на моей шее.

- Иначе в мире не существует слова, которым можно было бы назвать.

Антракт.

Пять месяцев спустя

- Саш, ты подумал? - натягиваю тёмные джинсы, быстро застёгивая молнию, а потом разбираюсь с ремнём. Почему именно сейчас пристала с этим вопросом? Чтобы не думать о том, что намерена сделать.

- Впору спросить это у тебя, - он зол. Сидит на диване в шортах и без футболки, которую я сняла двадцать минут назад, потому что… Ну вы понимаете… - Передумай!

- Если ты о Жульке, то нет.

- Я мент, Галь!

Вытаскиваю из шкафа белую блузку, снимая с плечиков, и накидываю сверху. Дрожу, только не дай бог показать это Сашке. Как школьница. Белый верх, чёрный низ. Вот так попутно с важными мыслями, среди которых поднятие вопроса о переезде ко мне из квартиры Лапина, потому что я уже задолбалась ютиться в сорока пяти метрах, когда есть приличный дом. И дня «Х», который я планировала всё это время, потому что оно разделилось для меня на До и После.

- Говорил тебе, давай просто посадим, - бурчит себе под нос, как заклинание. Но я должна сделать то, что решила.

Поправляю волосы, подходя к нему.

- Пожалуйста, Саш, - прошу, смотря в глаза. - Мы обсуждали. Просто не мешай, - голос тихий и вкрадчивый. Знал бы он, сколько мне пришлось пройти, чтобы оправиться от кошмара. Только он знает. Как никто. Как человек, без которого бы меня не было в живых уже раза два, как минимум.

Тюрьма слишком мягкое наказание для тех, кто так со мной обошёлся. Она будет, обязательно будет, потому что виновные должны получать по заслугам. Но есть и другой долг…

Сажусь рядом, будто на посошок, и бросаю взгляд на часы на стене. Оглушающие и неумолимо бегущие дальше, разделяющие жизнь на прошлое и настоящее. И сейчас они отсчитывали последние минуты до момента, которого я так долго ждала.

- Делать вид, что идиот и ничего не знал?

- Не придётся, - вкладываю свою ладонь в его. - Всё решено, дай мне просто пять дней.

- Мия, это ребёнок…, - начинает в который раз.

- Да, Саш, - мои губы дрожат, потому что память всё ещё кидает в момент, когда у меня отняли самое ценное. - Я знаю.

Он сжимает мою ладонь, притягивая к себе, и какое-то время сидим молча. Будто прощаясь. Будто он пытается на другом уровне отговорить меня от глупости, которую намерена сделать.

- Обещай, что не поедешь.

- Чёрт, - выдыхает, целуя мою ладонь. - Куда ты поедешь?

- Лучше тебе не знать, потому что ты мент, - усмехаюсь, тут же впиваясь поцелуем в его губы.

С некоторых пор это успокаивает. Как только поняла, что могу беспрепятственно ластиться к Сашке, так и делаю. И он будто гасит мою внутреннюю бурю.

Только не сейчас. Другого шанса не будет.

- Ладно. Пора, - отстраняюсь, - резко поднимаясь с места, чтобы не передумать.

Всё уже подготовлено заранее и тысячу раз прокручено в голове.