- Ты понимаешь, о чём я, - очерчиваю дозволенное. - Хочешь проверить? - играю с вызовом, и он резко поднимается, подходя ближе и нависая надо мной. - ТЫ. МОЯ. ЖЕНА, - чеканит слова, отстраняясь. - И мне не надо ни у кого спрашивать разрешения.

- Снова напоишь меня водой со снотворным? - продолжаю нападать, хотя сейчас не в том положении.

Архипов не меняется в лице.

- Ты несёшь чушь, - говорит на это. - Мия, - будто пытается призвать мой разум. - После смерти ребёнка ты не в себе.

- Даже так? - хмыкаю. - Назвал его ребёнком?! - улыбка больше похожа на оскал.

- Не знаю, что ты себе придумала, но я любил его.

- Заткнись, - машу в его сторону рукой.

Желваки ходят на лице Архипова, но он проглатывает грубость. Вижу, что удаётся это с трудом.

- Как ты вошёл?

- Было не заперто.

- Думаешь, я поверю?

- Ты слышала, как ломали дверь? - отвечает вопросом на вопрос, смотря на часы, будто чего-то ждёт.

Неужели, я реально забыла закрыть дверь?

Телефон подсвечивается, и Арс косит взгляд в сторону, намереваясь прочесть послание, тут же смахивает заставку, упираясь взглядом в Гудини, которого я, между прочим, так и не выключила. А вот это второй залёт, Мия. Архипов быстро переводит взгляд на меня, и в глазах пылает огонь.

- Что это? - устраивает новый допрос по другому поводу.

- Статья, - пожимаю плечами.

- На кой чёрт тебе Алиев?

- Не знаю, - нагло вру. - Просто попалось. Ты его знаешь? - ломаю комедию.

Он хватает телефон, и я протестую.

- Это статья трёхлетней давности, - держит он гаджет, тыкая мне им в лицо.

- И что? - пожимаю плечами, потому что в этот момент на экране всплывает сообщение от Лапина, кажется, по поводу пробитой тачки. Арс не должен видеть его. Но Архипов, как назло, поворачивает телефон к себе, а я выпаливаю.

- Арс, - криком привлекаю его внимание. - Это же не пирожки, чтобы испортиться.

Кажется, он вообще перестаёт меня понимать, а поднимаюсь, хватая его за рукав, чтобы вернуть своё.

- Мий, - я в кольце рук мужа, впечатываюсь в его широкую грудь, чувствуя запах. Другой, не такой, как я обычно привыкла. Он будто настолько изменился, что я не узнаю даже его одеколон. - Поехали домой. У многих пар бывает кризис, мы справимся.

Мои уши проседают от лапши, и другая бы поддалась, только не я. Слишком своевольная и уверенная в том, что мне нужно. А он пытается всякими силами увести меня отсюда, кидаясь в крайности.

- Отдай телефон, - говорю спокойно. - Давай перестанем портить друг другу жизнь.

Вот так просто и без пафоса звучат слова, и он отстраняется, раздумывая над этим.

- Умная женщина пытается сохранить семью, - мелькает ухмылка на красивом лице.

- Значит, я не умная. И у меня болит нога, пусти.

Но вместо этого он подхватывает меня, потому что у Архипова закончились аргументы.

Последний и единственный раз Архипов держал меня на руках в день свадьбы. То ли шампанское ударило в голову, то ли хотел покрасоваться, то ли его пиар-менеджер сказал, что так будет эффектнее. Да-да, у моего мужа есть свой менеджер, который говорит, что и как лучше сделать. По мне глупости, но у Арса другие взгляды на репутацию. Интересно, что теперь советует Евгений, или как там звали этого человека? Не думаю, что Архипов посвящал его в свои планы.

- Отвали, Арс, - шиплю, пытаясь оттолкнуться от него.

- Могу ненароком уронить, - предупреждает. - Лучше не дёргайся.

За дверью какой-то шум, и Архипов замирает, прислушиваясь. Я тоже вся во внимании.

- А я говорю, убери свою машину, - звучит голос соседа. Дядя Коля на страже нашего дома. И, если раньше не хотелось с ним встречаться, потому что он каждый раз на что-то жаловался, то сегодня я была ему рада.

- Решил вернуть жену под конвоем телохранителей? - смотрю на Арса надменно. - Ты же понимаешь, что я начну кричать?

Он ставит меня обратно.

- Такое чувство, что вместе с ребенком ты потеряла разум.

С последним словом звучит пощёчина, обжигающая мою ладонь и его лицо, и Арс хватает меня за руку, гневно смотря в глаза.

- Если ты думаешь, что ты неприкасаемая, спешу огорчить. Нет таких людей, - рычит мне в лицо. Кривит оскал, и красота становится какой-то хищной.

Он откидывает мою руку, но у меня тоже есть что сказать.

- Такое чувство, что ты потерял совесть и честь, - говорю с вызовом. - А ребенок тебя и не касался. Разменная монета в череде дней.

- Не говори так!

- А как мне говорить, Архипов? Что ты безутешный отец с гаммой чувств?

Дверь всё же открывается, и слышу голос матери.

- Мия, что происходит?

Не знаю, что там было в плане Арса, но он, сам того не ожидая, устроил представление.