Ильхом начал двигаться, не спеша, но глубоко. Я, подстраиваясь под его ритм, стала активнее работать ртом и рукой над Саратешем.

— Это… это… — Сар не знал, как реагировать. Для его кхарских принципов, где секс — лишь для удовольствия женщины, такая активность жены была шоком.

— Нравится, — уже не спрашивал, а констатировал Ильхом, делая очередной сильный толчок, от которого я проехала губами по всей длине Сары, — что делает наша жена…

— Да… — сипел Саратеш, и его руки уже не просто лежали в моих волосах, а направляли, показывая, как ему нравится. Его таз начал непроизвольно двигаться навстречу. Наш гений-отшельник быстро включился в игру, поняв правила.

Первым не выдержал Сар. Его дыхание стало сбивчивым, тело напряглось в дуге.

— Ю, я сейчас… — попытался он предупредить, пытаясь отстраниться.

Но я не отпустила. Мне хотелось принять всё. Принять его полностью. Тёплая, густая жидкость хлынула мне в горло частыми толчками. Я старалась глотать, но ритмичные, ускоряющиеся фрикции Ильхома сбивали меня с толку. Часть спермы вылилась из уголков губ, белыми каплями падая на пах. Вид этого, смешанный с солёным вкусом во рту и мощными толчками сзади, поднял моё собственное возбуждение на невиданную высоту.

Ильхом, почувствовав, что я вся сжалась вокруг него, и видя картину перед собой, потерял последние остатки контроля. Его движения стали жёстче, быстрее, живот шлёпался о мои ягодицы с влажным звуком. Его рука крепче впилась в моё бедро.

— Кончай, космическая, — прохрипел он мне в спину. — Кончай вместе со мной.

Этого приказа было достаточно. Оргазм накрыл меня не волной, а цунами. Всё внутри сжалось судорожно, сладко, бесконтрольно, выжимая из меня тихий, сдавленный крик в плоть Сара. Через мгновение я почувствовала, как Ильхом глубоко входит в меня в последний раз и замирает, а его тело содрогнулось в мощной судороге.

Мы все рухнули на матрас, как подкошенные. Ильхом тяжело, с хрипом дышал, лёжа на спине рядом. Саратеш, всё ещё в лёгком шоке, молча перебирал мои волосы, убирая пряди с лица. А я лежала между ними, прижавшись щекой к груди Саратеша, чувствуя, как бьётся его бешено колотящееся сердце, и просто радовалась. Радовалась, что он не ушёл. Не струсил. Остался с нами.

— Это было… — начал первым говорить Саратеш, его голос был тихим, размышляющим.

— Фантастически, — с глубоким удовлетворением промурлыкал Гросс, не открывая глаз. — Но мы же… не закончили?

— Ты как? — спросил меня Сар, его губы коснулись моего виска, а затем уголка губ. Его прикосновения были теперь более уверенными. — То… что ты делала… Тебе… было хорошо?

Я приподнялась на локте и улыбнулась ему коварно, чувствуя, как по моей внутренней поверхности бедер стекают тёплые капли.

— А тебе понравилось?

Ильхому всегда безумно нравился минет, и каждый раз после он бормотал что-то про «неправильность» с точки зрения кхарских традиций, но сам при этом возбуждался невероятно. Для Саратеша же оральные ласки со стороны женщины стали настоящим откровением. У моего белобрысого гения сегодня вообще всё было впервые.

Ильхом с лёгким стоном потянулся к низкому столику, подтянув к нам поднос с охлаждёнными напитками и лёгкими закусками. Мы отвлеклись на еду, на сладкие фрукты и прохладную воду, наши пальцы иногда переплетались, взгляды встречались — уже без стеснения, а с глубоким, общим пониманием.

А потом, когда солнце стало клониться к вершинам деревьев, отбрасывая длинные тени, мы снова ушли с головой в наши теперь уже совместные эксперименты. Это был уже не просто жаркий, отчаянный секс от переизбытка чувств. Это было снятие последних психологических барьеров.

Саратеш расслабился, перестал мысленно корить Гросса за грубость, потому что видел — мне это нравится. Видел мою ответную страсть, моё полное погружение. Ильхом же, не получивший своей доли внимания прошлой ночью, теперь брал своё сполна, но уже не как единоличный собственник, а как старший в нашей маленькой, новой стае, направляющий и включающий в игру второго супруга. А я… я просто купалась в наслаждении. В ласках четырёх рук, в поцелуях двух пар губ, в волнах повторяющихся, всё более сладостных оргазмов. Я была полностью счастлива, удовлетворена и, что самое главное, — дома. Здесь, между ними.

Юлия

Все четыре дня нашего отдыха пролетели как один яркий, насыщенный миг, сотканный из прикосновений, смеха и той тихой гармонии, что наконец установилась между нами.