Вопрос был не про физиологию. Саратеш скорее спрашивал — по каким правилам сейчас идёт игра? Что от него ждут? Наверное, в этот момент он понял, что попал в совершенно безбашенную семейку.

Я посмотрела на Ильхома, умоляюще и одновременно давая разрешение. Гросс едва заметно кивнул.

Дрожащей рукой я потянулась к Сару. Мои пальцы нашли его, сцепились с его пальцами, крепко сжали их. В тот же миг Ильхом наклонил голову и провёл кончиком языка по моему соску, а затем взял его в рот, засосав, чуть покусывая.

— Космос… — выдохнул Сар, но не отнял руку. Наоборот, его пальцы ответили на моё пожатие. — Хочешь… чтобы я остался?

— Конечно хочет, — почти прорычал Гросс, и в этот момент ввёл в меня два пальца. Глубоко, до упора, заполняя пустоту, от которой я уже сходила с ума. Я вскрикнула, выгнув спину. — Смотри, Сар. Смотри, какая она мокрая. Готовая для нас…

Ильхом вынул пальцы и поднял руку, демонстрируя, как на ярком солнце блестит и тянется прозрачная нить моей смазки. Картина была откровенно похабной и невероятно эротичной.

Саратеш гулко сглотнул. Его лицо было искажено внутренней борьбой. Он зажмурился на секунду, а когда открыл глаза, в них уже горело решение. Он медленно поднялся.

Уйдёт? — пронеслось в моей голове. И я с удивлением поняла — если уйдёт, я буду не просто расстроена. Я буду опустошена. Страх перед неизведанным был силён, но желание — желание быть взятой ими обоими, быть связующим звеном между этими двумя сильными, разными мужчинами было в тысячу раз сильнее.

Ильхом одобрительно хмыкнул, когда Саратеш, не сводя с нас взгляда, стянул свои плавки. Его член, длинный, толстый, с выраженной головкой, был в полной боевой готовности и слегка подрагивал в такт учащённому пульсу. Волна нового, ещё более мощного возбуждения накрыла меня с головой. Я была готова… на всё.

Сар лёг с другой стороны, и я оказалась в ловушке мужских тел. Мои разведённые бёдра теперь упирались в два твёрдых, горячих члена, а на мою грудь, рядом с рукой Ильхома, легла прохладная, чуть дрожащая ладонь Саратеша. Его прикосновение было другим — более робким, исследующим.

И началось что-то совершенно запредельное. Пара губ склонились ко мне. Ильхом набросился на мой рот с голодной, почти болезненной страстью, его язык требовал подчинения. В то же время Саратеш приник к моей груди, но не кусал и не сосал агрессивно. Он ласкал сосок кончиком языка, нежно, почти благоговейно, словно боялся причинить боль. Этот контраст — грубая, захлёстывающая страсть Гросса и трепетная, неуверенная нежность Сара — сводил меня с ума. Я застонала прямо в рот Ильхому, мои руки сами нашли их члены и обхватили их. Я начала медленно, синхронно массировать их, сжимая в такт толчкам пальцев Ильхома внутри меня.

— Я больше… не могу, — задыхалась я, отрываясь от поцелуя. Внизу живота всё сжалось в тугой, болезненно-сладкий комок. — Хочу… вас… сейчас…

— На колени, Юля, — прошептал Ильхом, его голос был низким, властным. Он привстал и ладонью подтолкнул меня в бок, давая понять, что надо двигаться.

— Что ты… — начал было Сар, его глаза были затуманены желанием и непониманием.

Я не заставила себя ждать. Выскользнула из их объятий и встала на колени на мягком матрасе между ними. Они оба лежали на боку, обращённые друг к другу, их члены — такие разные, но одинаково великолепные — лежали на бёдрах, подрагивая. Ильхом окинул меня долгим, горящим взглядом, полным одобрения и похоти, и резко встал на ноги позади меня.

— Ой! — вырвалось у меня, когда сильные руки обхватили мои бёдра и решительно нагнули вперёд, к паху Саратеша.

— Что ты делаешь, Гро… О-о! — Сар не договорил. Его возмущение таким, на его взгляд, грубым обращением со мной сменилось на сдавленный, жалобный стон, когда мои губы коснулись головки его члена. Я облизала её, почувствовав солоноватый предэякулят, а потом взяла в рот, лаская языком уздечку.

— Звезды… Юля… — простонал второй муж, и его пальцы вцепились в мои мокрые волосы не чтобы оттолкнуть, а чтобы удержать, почувствовать связь.

Рука Ильхома крепко лежала на моей пояснице, а другой он нащупал мой влажный, готовый вход. Он провёл головкой своего члена по моим губам, собирая смазку, а затем, без лишних прелюдий, одним мощным, но контролируемым толчком вошёл в меня.

— Ммм-м-м… — застонала я, с членом Сара во рту, чувствуя, как моё тело наконец получает то, чего оно так отчаянно жаждало. Напряжение сменилось на глубокое, наполняющее удовлетворение. Было тесно, было непривычно полной эта двойная стимуляция, но чертовски хорошо. Ощущение, что меня используют, берут, заполняют с двух сторон, сводило с ума. И плевать, что я извращенка, мне дико нравилось!