Ночной кошмар еще долго стоял перед глазами, стоило их закрыть. Наконец, измученное тело победило, и я провалилась в короткий, прерывистый сон. Очнулась от ощущения пустоты рядом. Сердце екнуло. Мужа не было. Я встала, наспех оделась и выскочила из палатки.

Картина была словно из другого мира: лучи солнца, притихший лагерь, все уже собрано. Лишь взгляды спутников, полные ожидания, были устремлены на меня. Стыд опалил мои щеки. Все, получается, ждали, когда я проснусь. Я опустила голову и принялась торопливо сворачивать свою палатку. Молчание давило, но никто не упрекнул ни словом. Покончив с палаткой, я подошла к лошади, которая стояла рядом с лошадью мужа.

Хашшамиш уже был готов, на его лице – привычная маска собранности и решимости. Он протянул мне руку, помогая взобраться в седло. Легкий кивок – сигнал к действию, и мы погнали лошадей галопом. Ветер свистел в ушах, земля мелькала под копытами. Чувствовалось, как тяжело дышат наши верные скакуны, но мы не могли позволить себе сбавить темп. Каждая минута была на счету. Мы опаздывали. Место портала… если мы не успеем к определенному времени, то все наши усилия могли окажутся напрасными.

Когда лошади начали выдыхаться, мы перешли на спокойный шаг. Меня тут же сморило. Я клевала носом, то и дело вздрагивая и чуть не вываливаясь из седла. Каждый раз сильная рука Хашшамиша оказывалась рядом, возвращая меня в вертикальное положение. Его прикосновения были быстрыми и уверенными, но даже они не могли прогнать усталость. После очередной поцеловать землю, я, наконец, немного проснулась. Мне сразу же в руки сунули мой остывший завтрак, который я проспала, и воду. Сидеть и молча жевать было не только скучно, но еще я почувствовала, что от этой монотонности и тишины меня вновь начало клонить в сон. Пора было чем-то себя занять, разорвать этот гнетущий вакуум между нами.

– Хашшамиш, – пробормотала я, смахивая с лица прилипшие волосы. – А можно как-нибудь… сократить твое имя? Ну, знаешь… мы же вроде как женаты.

Он нахмурился, его взгляд стал серьезным.

– Мое имя имеет силу, Александра. Оно – часть моей истории, моего рода. Его нельзя просто так взять и сократить, - было мне ответом, только жесткости я в нем не уловила, так что решила не отступать сразу.

Я вздохнула. Знала, что будет непросто.

– Я понимаю, Хашшамиш, но оно такое длинное! Каждый раз, когда я его произношу, у меня язык заплетается. Неужели нельзя придумать что-то покороче? Что-нибудь ласковое… Ты же понимаешь - я из другого мира и совершенно не привыкла произносить такие имена, они для меня сложные, – пришлось соврать, ведь сказать о том, что мне просто лень его произносить не рискнула, а то чувствую - в следующий раз придётся искать завтрак самой, а не получать его с доставкой прям на лошадь.

– Возможно… Но любое сокращение должно сохранить смысл, не утерять часть моей сущности, - Хашшамиш на мгновение задумался.

– Конечно! – обрадовалась я. – Давай подумаем вместе. Хаш? Хашши? Миш? Шами? Хаша? Что-то из этого тебе нравится?

Он скривился.

– Хаш? Звучит как название какого-то очень невкусного блюда. Миш… слишком мягко. Хаша – как бестолкового слугу …– вот не думала, что на его имени вдруг у мужа проснётся такой снобизм, который я до этого не слышала. – Шами - вообще сокращение женского имени.- Буркнул он обиженно. Можно подумать, я об этом должна была откуда-то знать. Я задумалась, что еще можно придумать, так как массы вариантов не было с самого начала.

– А что насчет… Хашим? Звучит сильно и благородно, как и ты, - идеи у меня кончились, пришлось льстить, чтобы уже получить желаемое.

Хашшамиш повторил этот вариант несколько раз, словно пробуя его на вкус.

– Хашим… Возможно. В нем есть что-то от моего настоящего имени. Хорошо, Александра. Ты можешь называть меня Хашим. Но только ты, – добавил он, глядя мне прямо в глаза. В его взгляде я увидела нежность и… небольшую уступку. И этого было достаточно. Главное, что я его могла так называть. А вот как его будут называть другие - не мои заботы.

Улыбка озарила мое лицо. Я почувствовала, как напряжение последних дней немного отступило. Небольшая победа, но она была важна для меня. Это был шаг к сближению, к пониманию между двумя существами, принадлежащими к разным культурам, к разным мирам, с разным прошлым.

– Хашим, – прошептала я, наслаждаясь звучанием нового имени на своих губах. – Звучит великолепно.

Солнце продолжало палить, но теперь его лучи казались жестокими и безжалостными. Мы вновь пришпорили лошадей, и они, словно почувствовав наше приподнятое настроение, ускорились. Впереди виднелась узкая полоска леса – долгожданная тень, обещавшая небольшую передышку.