— А вы для чего идете сопровождением, господин Винтер? — хмыкнула Лиен. — Не стойте столбом и сами грейте свою женщину!

Поднявшись с кресла, Винтер поспешил ко мне, подхватив мои пальцы в воздухе и поднеся их к своим губам.

— Я тебя из поля зрения не выпущу, — мягко пообещал он. — Не зря сегодня размялся... Так и знал, что придется драться.

— Брось, — улыбнулась я, шагнув навстречу благоверному. — Это мой единственный шанс привлечь твое внимание среди всех поклонниц, кружащих вокруг.

— Эвер.

— Винтер?

Сверкнув глазами, муж пообещал мне расправу за официоз в неустановленное время, чем только больше меня развеселил.

— Мне так нравится, как вы спорить о том, кто больше ревнует, — поделилась госпожа Гаван и тут же взмахнула руками: — А теперь выметайтесь! А то опоздаете!

Прислушавшись к умной женщине, мы поторопились покинуть ее мастерскую, запрыгивая в экипаж, ждущий у входа. Отчего-то руки моей Винтер так и не выпустил, продолжая трогательно, но требовательно переплетать наши пальцы, словно мысль отпустить меня невыносимо ему претила.

— Как прошел день?

— Сносно. А как твой?

— Терпимо, — выдохнул он, свободной рукой взъерошив волосы.

— Что-то случилось? Ты нервничаешь.

— Небольшое недопонимание с отцом. Ничего нового.

— А как продвигается твой билль?

— Тихо. Мирно, — поделился муж, качнув плечом. — Перемены — дело небыстрое, но кое-что уже происходит. Думаю, к концу этого года все потихоньку начнет работать так, как планировалось.

— Это же замечательно! До этого рубежа осталось чуть меньше трех недель. Это успех, Даррен! Мало кто способен в столь короткий срок выполнить столько задач!

— Это непросто, соглашусь, — улыбнулся он, обрадовавшись моей поддержке. — И если никто не проявит сопротивление перед грядущими переменами, все должно пройти гладко.

— Как, например?

— Да как угодно, Эвер! Это же политика — грязных игр никто не отменял. Начиная от обычных беспорядков и заканчивая подлым шантажом и угрозами. Не стоит переживать об этом, дорогая. Сегодня мой день переживаний насчет того, чтобы кто-нибудь тебя не увел.

— Да прекрати же, — улыбнулась я, на что супруг вновь поцеловал мои пальцы.

— Ни за что. Ты даже не представляешь, сколько зависти и вожделения вызовешь сегодняшним вечером.

— Может, я хочу…

— Что?

Не зная, стоит ли делиться с супругом переживаниями, прикусила губу, но Винтера мое молчание не устроило, и он требовательно поймал мой взгляд, заглядывая в глаза.

— Что такое, Эвер?

— Я хочу, чтобы меня, наконец, запомнили, — призналась, чуть ссутулив плечи. — Я знаю их всех, Даррен, но ни один из них даже не запомнил, как меня зовут, понимаешь?

— Бастард Гринвелл, — кивнул он, понимающе поджав губы.

— Именно. Для них я всегда была бастардом лорда Гринвелл. Безымянная, незаметная, не стоящая внимания. Теперь я леди Винтер, у меня есть титул Римуса, и я не хочу больше быть пустым местом. Я хочу, чтобы каждый запомнил меня в лицо и в следующую встречу точно знал мое имя.

Даррен какое-то время молчал, переваривая услышанное, а после по-военному уверенно кивнул, приняв какое-то решение.

— Обещаю: сегодня они тебя запомнят, Эвер Винтер.

Особняк семьи Дрейк не был таким помпезным, как замок Ватори, и, как и его хозяин, был сдержан и практичен, не тратя баснословное состояние на то, чтобы покрасоваться.

Торжество планировалось узким кругом, без лишних гостей со стороны, за совместным ужином и, возможно, танцами, если лорд будет в настроении от согревшего его вина.

Отличный шанс запомниться всем, выделиться за неспешными разговорами и легкими беседами.

Нас встречал лакей. Поклонившись и ступив вперед, он пригласил следовать за ним, обозначив, что мы приехали едва ли не последними, и тем самым дав понять, что не только мы с Дарреном решили сбежать с праздника пораньше.

И все же лорд Дрейк отдал честь празднику, украсив дом хоть и скромным, но уютным декором. Всюду висели еловые венки с игрушками, пахло вкусной едой и игристым вином, а в честь темы вечера по стенам и окнам расползся магический льдистый узор, потихоньку облетая мелкими искрящимися снежинками.

Мне понравилось.