Но Винтер настойчиво втягивал меня в игру, правил которой я не знала. Единственную игру, в которой я не могу стать достойным противником и которую, судя по реакции Винтера, я безнадежно проигрывала. Фантомный звук фанфар, отмечающий его победу, оглушал.

Уже не представляя, как справиться с давлением, я старалась свести колени, но тело супруга между ними страшно мешало. Чувствуя, как я ерзаю, Винтер продолжал играть, придерживаясь своей стратегии. И только когда мои бедра окончательно вжались в мужские, а между ними я ощутила твердое и ужасающе горячее мужское достоинство, Даррен неожиданно оторвался, прочертив кончиком языка тонкую влажную линию от самого соска до подбородка.

— Иди спать, Эвер, — прошептал он, последний раз мягко касаясь моих губ. — Я слишком протрезвел, чтобы продолжать в том же духе.

Ненавижу тебя, Винтер!..

Произнеся это как невинную шутку, он улыбнулся, но тут же растерял всю веселость, вновь удержав меня на месте.

— Стой, ретивая ты кобылица! Я не это имел в виду!

— А что же? — прорычала, ощерившись и прижав к груди спущенный ворот платья, стараясь закрыться от его взгляда и особенно от его прикосновений.

— Трезвым мне сложнее продолжать урок. Появляется желание перейти к экзамену, — пояснил он, стараясь звучать убедительно. — Понимаешь? Или разжевать?

— Не стоит.

Я поняла.

Он оставался верным своему слову, вновь дав мне отсрочку до завтра.

— Спокойной ночи, Эвер.

— Спокойной ночи, Даррен.

Спешно поднявшись с мужских колен, я постаралась как можно быстрее скрыться с его глаз, продолжая прижимать к груди спущенное платье. Только в своей комнате я позволила чувствам взять вверх и с силой прикусила костяшки пальцев, пытаясь переварить случившиеся.

Он целовал меня. И мне было приятно.

Демоны Бездны! Как это понимать?

Гудящее странным и незнакомым порывом тело дрожало изнутри, требовательно прося… еще немного Даррена Винтера. Казалось, тот мужчина в гостиной — совершенно другой, чужой и незнакомый. Тот, что вел себя вовсе не так, как я привыкла, или открываясь с неожиданной стороны, или играя в очередную игру.

Уснула я нескоро, продолжая метаться от жара в теле и каши из мыслей, скачущих одна за другой.

Поутру меня, как обычно встречал завтрак и кофе с Розалин, которая выдала новый список распоряжений, где значился всего один пункт:

«Поезжай в лавку Гаван и растрать все мои сбережения на новые наряды. Я больше не в силах смотреть на твои лохмотья, Эвер»

Неисправимый.

Решив выполнить наказ супруга со всей ответственностью, я сделала, как он велел, и ближе к полудню входила в самую дорогую и эксклюзивную мастерскую в городе.

Наряды госпожи Гаван носили самые изысканные модники столицы, ее работы заказывали за несколько месяцев до мероприятия, а имея всего одно ее платье в гардеробе, девушка могла с легкостью выйти замуж, поразив мужчину этим сокровищем!

— Доброе утро, госпожа…

— Винтер, — подсказала я, сразу же увидев в глазах девушки восторженное одобрение.

— Госпожа Винтер, — повторила она за мной, приветственно поклонившись. — Госпожа Гаван ждет вас.

— Правда?

— Да. Господин Винтер предупредил о вашем приходе. Пройдемте.

Хозяйкой заведения оказалась хрупкая и высокая дама с очень выразительным лицом. На нем отражалось легкое презрение, крайняя заносчивость и яркое оценивание. Взглянув в мою сторону, она вежливо поднялась и поправила очки на тонком носу.

— Госпожа Винтер?

— Госпожа Гаван?

Нескольких секунд ей хватило, что осмотреть мою фигуру и признать ее удовлетворительной.

— За работу! — Она призывно хлопнула в ладоши, и вокруг меня завертелся целый рой помощниц.

Вернулась я домой только под вечер, чувствуя, как тянет руки от количества красивых коробок, перевязанных атласными лентами.

Госпожа Гаван была так довольна моими параметрами, что впервые, — как мне рассказала ее помощница, — улыбнулась, подшивая платье прямо на мне. Все решения относительно моего гардероба принимала исключительно госпожа Гаван, у меня не было права голоса. Свою позицию она объяснила просто: мир должен ослепнуть от элегантности супруги Даррена Винтера!

Смирившись с тем, что теперь туалеты мне будут подбирать без меня, я решила пустить все на самотек, доверившись женщине, о которой гудела вся столица.