Поднялся шум, а мне стало интересно, почему магнесса заговорила о проклятиях, да ещё после представления, которое устроила мне. Меня не отпускало предчувствие, что я заглянула в прошлое девушки. Что, если родители Сирини погибли от смертельного проклятия? Тогда…

Интересно, Ноар способна на смертельные проклятия?

«Не думаю, – рисуя в тетради силуэты, которые мне привиделись в шаре, размышляла я. – Она типичная чёрная вдова, которая хитростью пробирается в спальню мужчин, а потом медленно душит их, обирая до нитки. Скорее отравительница, чем опасная магнесса. Магистр Энедх тоже так считает».

Но что, если все мы ошибаемся?

Едва дождавшись окончания урока, я вскочила и кинулась к выходу.

– Детка, ты куда? – воскликнул татуированный Мегар.

– В туалет приспичило, – ехидно увещевал его Сорэй. – Отстань от девчонки хоть на чуть-чуть. Пойдём лучше в…

Дальше я не услышала, потому что, зажмурившись, взмолилась всем порталам академии, чтобы встретиться с Сияющим грибом.

Когда открыла глаза, поняла, что портал выполняет всё, как задумано, и прозвищ не понимает. Передо мной стоял огромный светящийся гриб, и на его толстой, как ствол столетнего дерева, ножке мерцала изящная полупрозрачная юбочка.

Сомнений не было, что этот гриб весьма опасен.

Наверное, я попала в одну из тайных оранжерей академии. Дочери рассказывали всякие ужасы про это место. Мол, зельевары выращивают здесь запрещённые растения. Некоторые зелёные экземпляры даже могут напасть. Я попятилась, надеясь, что гриб не набросится на меня, не станет плеваться ядовитыми спорами, как вдруг из-за кадки, в которой он рос, выглянул худой мужчина с непропорционально крупной головой.

– Кто вы? – поднимаясь с колен, сурово спросил он. В руках зельевара я заметила тяпку. – Что здесь делаете?

– Господин Эллиандор, – облегчённо выдохнула я и направилась к нему. – Вас-то я и искала. Магистр просил передать вам это.

Вынув из сумки колбы, протянула магистру.

– Так вы Сирини, – смягчился Эллиандор и приглашающе взмахнул тяпкой. – Следуйте за мной.

Мы вышли из оранжереи и сразу оказались в лаборатории. Мужчина подошёл к столу, заставленному баночками, колбами, инструментами непонятного назначения, и тут же высыпал землю и камни в прозрачную склянку.

Щёлкнул пальцами, и её объял огонь. Магистр поочерёдно бросал в пламя сухие веточки, разноцветные цветы, сухие листики. Каждый раз внимательно смотрел, как растение сгорает в пламени, и бормотал что-то невнятное себе под нос.

– Что тут у вас? – услышала я знакомый голос, и сердце тут же подскочило к горлу.

Даже спиной я чувствовала мощнейшую силу этого человека. А в его присутствии становилось так приятно, что становилось стыдно. Неужели я, пятидесятилетняя разведённая женщина, мать двоих детей, влюбилась, как девчонка?

– Фирран, ты вовремя, – не отрываясь от занятия, сказал Эллиандор. – В этой земле…

Я жадно подалась вперёд, желая услышать, какой же яд использовала Дайна.

–…Совершенно ничего особенного.

Разочарованно вздохнув, я обратилась к магистру:

– Господин Энедх, я тут подумала…

Резко развернувшись, внезапно толкнулась с мужчиной:

– Ах!

Он оказался рядом, совсем близко, так, что голова закружилась от аромата пряного мускуса, исходящего от магистра. Фирран посмотрел на меня сверху вниз, и я мгновенно утонула в его удивительных глазах. Борясь с оцепенением, с трудом пролепетала:

– Что, если Дайна использовала смертельное проклятие?

Мы будто остались наедине, и я продолжила смелее:

– Вдруг Дайна отвлекала от себя подозрения, намекая на отраву в воде? Помню, как она сильно расстроилась, узнав о беременности. Может, потому что, не зная о малыше, прокляла отца своего будущего ребёнка? Как вы думаете?

Он смотрел мне в глаза, и моё сердце колотилось всё сильнее и сильнее.

– Фирран! – позвал Эллиандор.

– Кхе, – магистр отступил и дёрнул ворот рубашки. – У тебя здесь так душно. В горле пересохло. Эту воду можно пить?

Он показал на стакан, который стоял рядом с кувшином.

– Да… – ответил Эллиандор, и Фирран залпом осушил стакан. А потом налил ещё, и зельевар крикнул: – Нет!

Но было поздно.

Господин Энедх опасливо понюхал пустой стакан и покосился на Эллиандора:

– В кувшине разве не вода? Стакан же рядом стоял.

– Вода… – протянул Эллиандор. – Но…

Он виновато покосился на магистра.

– Говори уже, – потребовал Фирран.

– Я что-то туда случайно капнул, – тот возвёл глаза к потолку. – Но не знаю, что.

– Как не знаешь? – опешил магистр.