С кафедры неторопливо спускалась невысокая пышная дама. Её серебристые кудри покачивались на каждом шаге, и на плечи сверкающей перхотью оседала серебристая пыльца. Широкое лицо, маленькие глазки и круглый носик картошкой, – магнессу никак нельзя назвать красивой. Одеяние на Файлинде и вовсе было невзрачным, – бесформенная серая хламида длиной в пол и лёгкая чёрная накидка, прикрывающая плечи.

– Трогать шар предсказаний запрещено! – выкрикнула женщина фальцетом, но тут же остановилась и, втянув воздух, шумно выдохнула, а потом произнесла тем самым тихим шуршащим голосом, который я слышала ранее: – Неужели вы забыли, что это приносит несчастье?

– Забыла, – радостно кивнула я и добавила: – Я потеряла память, госпожа.

Она недовольно скривилась:

– Ах, да… Садитесь.

Указала на единственно-свободный стул, который стоял у самой стены, а рядом сидел Глиим. Молодой мужчина неохотно убрал с сидения свою сумку и бросил тоскливый взгляд на Итэни, для которой занял это место. Но подруга моей дочери привычно его игнорировала, и адепту ничего не оставалось, как в очередной раз смириться с ролью тени.

– Спасибо за предсказание, – поблагодарила я магнессу и направилась к Глииму.

Адепты смотрели на меня с подозрением, а Файлинда с раздражением. Видимо, моя реакция оказалась для неё неприятным сюрпризом. Недовольно цокнув языком, она вернулась на кафедру. Мирини придвинулась ко мне вместе со стулом, чем обрадовала Глиима, который надеялся на то, что Итэни тоже присоединится к нам. Наклонившись, шепнула:

– Ты что в шаре-то увидела?

– Госпожа Драконар! – взвизгнула Файлинда.

Она развернулась так резко, что взметнулись серебристые кудри, и вокруг взвилось серебристое облачко. Моя дочь крупно вздрогнула и, вскочив, вытянувлась в струнку. Магнесса отчётливо скрипнула зубами и прошелестела загадочным голосом, который явно тщательно репетировала:

– Спрашивать о чужом предсказании запрещено! Оно может перейти на вас. Желаете?

– Нет, – излишне поспешно ответила Мирини. – Прошу прощения, госпожа.

– К шару! – позвала та.

Пока Мирини поднималась на кафедру, Файлинда сняла накидку и стряхнула с неё серебристую пыль. Та заискрилась над шаром, и одно за другим начали возникать полупрозрачные силуэты. Это окончательно убедило меня, что «предсказания» – лишь форма запугивания.

– Расскажите основные типы смертельных проклятий, – велела магнесса, и моя дочь растерянно застыла. – Что смотрите? Прошло не так много времени с прошлого семестра. Неужели знания уже выветрились из вашей головы? Так-так. Проверю каждого!

– В первое же занятие? – жалобно застонали адепты.

А я рассматривала силуэты, мерцающие в серебристой пыли. Смертельные проклятия? Внезапно в памяти промелькнуло воспоминание, которое казалось не моим, а будто подсмотренным в замочную скважину.

И я словно услышала тот самый голос, что был в видении:

«Я тебя люблю… убью… убью… убью…»

Что, если это не предсказание? Что, если это – подсказка из прошлого Сирини?

У меня сердце подскочило к горлу. Если предположить, что Файлинда всё же предсказательница, а не просто пускает серебряную пыль в глаза, то частично её устрашающие видения могут быть верными. Или нет?

– Что же я слышала, и почему мне это кажется знакомым? – прошептала, рассматривая силуэты.

Прислушалась к неуверенному голосу моей старшей дочери.

– Третий тип смертельных проклятий…

Тут она сбилась и с мольбой глянула на Итэни, та повернулась и махнула своему поклоннику, а Глиим зашептал на всю аудиторию:

– Удушающий кокон…

– Вижу, у нас появился желающий продолжить рассказ, – прерывая его, ехидно прошелестела Файлинда и сделала приглашающий жест рукой. – Прошу, юноша, поднимитесь. Мы все внимательно вас слушаем.

Адепт встал, неуверенно помялся на месте, а потом осторожно уточнил:

– Магнесса Файлинда, почему вы спрашиваете про смертельные проклятия на уроке провидения? Даже на занятиях по боевой магии мы не изучали их, поскольку применение таких проклятий карается смертной казнью. Магистр Тарвис упомянул их лишь вскользь, заметив, что он обязан дать нам перечень, но на экзамене этого вопроса не будет. Мы даже не записывали!

– Но… – вкрадчиво прошелестела магнесса.

Осеклась и внезапно подскочила на месте. Странно булькнула и, выпучив глаза, уставилась на меня так, словно увидела перед собой мертвеца. Я повела плечом, желая стряхнуть с себя её безумный взгляд. Будто ощутив это, Файлинда нахмурилась и резко отвернулась.

– Верно, – протяжно прошипела она. – Пусть эту тему с вас магистр Тарвис спрашивает. И зачем я это вспомнила?

– Глиим, спасибо, – неслось отовсюду, и напряжение мгновенно спало.

– А то я уже испугался.

– И я…