— Я прибыл к вам по делу, — сухо добавил магистр.

— Вот как? — голос Дайны прозвучал удивлённо. Казалось, она была заинтригована больше, чем разочарована. — По какому же?

Фирран сделал шаг в сторону, и госпожа Ноар, казалось, только заметила, что магистр пришёл не один. Сначала бывшая подруга мазнула по мне безразличным взглядом, будто перед ней стояла безликая прислуга, но потом вздрогнула и пристально всмотрелась.

— Надеюсь, вы узнаёте вашу падчерицу, госпожа? — ледяным тоном уточнил магистр. — Некоторое время она считалась погибшей, но как вы видите, её смерть оказалась беспочвенным слухом. Сирини Эстелар жива и здорова.

— А… — начала было Дайна, но тут же поспешно закрыла рот и нахмурилась.

Я едва сдержала усмешку. Кажется, госпожа Ноар впервые лишилась дара речи. В груди стало тепло, пусть месть была совсем крошечной.

«И это только начало», — мысленно пообещала я.

— Спрашиваете, почему я привёз Сирини в этот дом? — безжалостно продолжал Фирран. — Хотя после смерти супруга вы вернули девичью фамилию, но всё равно считаетесь вдовой господина Эстелар и обязаны заботиться о его дочери до её совершеннолетия.

— Я же её у…

Красивое лицо Дайны перекосилось на миг в гадливой гримасе, и я снова пришла в недоумение. Обычно госпоже Ноар прекрасно удавалось скрывать свои истинные чувства. Ведь я даже не догадывалась, что она нацелилась на моего мужа.

«Стоит помнить о равновесии и запланировать день, когда вы их полностью прочувствуете, чтобы отложенные эмоции не вырвались из-под контроля в самый неожиданный момент», — вспомнила слова магистра.

Видимо, это был как раз такой случай, и Дайна, судя по злому блеску глаз, была готова провалиться сквозь землю от досады за свою несдержанность. Но женщина быстро взяла себя в руки и, промокнув уголки глаз кружевным платочком, всхлипнула.

— Я же её ужасно долго искала! — глянула на меня с опаской. — Где же ты была всё это время?

— К сожалению, — вмешался магистр, — Сирини ничего не помнит. Девушку случайно заметил один из преподавателей академии и сообщил мне, что барышне, похожей на дочь господина Эстелара, в лечебнице уже несколько месяцев пытаются восстановить память. Как видите, это действительно она.

— Невероятно и удивительно, — губы Дайны едва заметно подрагивали, ей явно не получалось выдавить улыбку. Госпожа Ноар обратилась ко мне: — Я очень рада. Пусть ты и не помнишь, мы были близки. Что ты чувствуешь при виде меня, Сирини?

Наверное, это была проверка, и я должна была её пройти. С величайшим трудом заставила себя сделать первый, самый тяжёлый шаг. Второй дался легче, а после третьего легко подбежала к Дайне и крепко её обняла.

Шепнула на ухо:

— Я чувствую… счастье.

Игра началась.

Дайна пригласила магистра в кабинет, а меня попросила подождать в гостиной. Я сидела на диване, стараясь не думать о том, что в моём доме стало пахнуть по-другому. Этот шершавый землистый запах успел пропитать стены, въесться в обивку мебели, тяжело повиснуть в воздухе. Но сколько бы ни думала, не могла дать ему название.

Хлопнула входная дверь, и в дом стремительно вошла Верини. Бросив сумкув кресло, как привыкла, она торопливо прошла к столу и налила воды в стакан. Поднесла ко рту, жадно глотнула, как вдруг заметила меня и подавилась.

— Кх… Кхе! — закашлялась дочь.

Я машинально вскочила, чтобы постучать её по спине, но замерла с поднятой рукой. Так всегда делала моя мама, и бабушка тоже похлопывала меня маленькую по спине, но у драконов это не принято. Как-то Мирини пришла мрачная, потому что ей сделали выговор за такую привычку. Дочка обвинила меня в том, что над ней смеялись.

Чтобы объяснить поднятую руку, я махнула Верини и улыбнулась:

— Привет.

— Ты ещё кто? — прохрипела моя младшая дочь и глянула исподлобья. — Новая любовница моего отца?

— Что?.. — я растерялась на миг, а потом жадно подалась к ней: — Что ты имеешь в виду?

Верини сделала шаг назад и, поставив стакан, скривилась:

— А чего непонятного? Моя мать ушла из дома, и теперь отец женится на любовнице, так что место последней остаётся вакантным. Ты молодая, красивая и глупая. Отлично подходишь!

Пропустив мимо ушей всё остальное, я уцепилась за главное:

— Ушла? А я слышала, её выставили силой.

— От кого слышала? — вытираясь, нахмурилась Верини. А потом бросила мокрый платок на пол и дёрнула уголком губ. — Досужие сплетни! И вообще, кто не хочет уходить, никакой силой не выставишь. Не знала?

И с криком направилась к лестнице:

— Мели, мерзавка! Где тебя носит? Принеси мне поесть!