– Что делать, – он обезоруживающе улыбнулся. – Когда ты рядом, мне хочется быть легкомысленным. Ощутить себя молодым и бесшабашным, делать глупости и не думать о последствиях.

Поймав себя на том, что мне нравится слышать это, я торопливо нахмурилась и резко спросила:

– Это как-то связано со словами, которые ты произнёс, выпив зелье Сияющего гриба?

Мужчина промолчал, и я тяжело вздохнула. Серьёзно глянула на мага и с тревогой призналась:

– Порой мне кажется, что ты действительно влюблён в эту девочку и переносишь на меня чувства к ней.

Фирран подался вперёд и обхватил крупными тёплыми ладонями мои руки. Глянув исподлобья, хрипловато произнёс:

– Почему ты не веришь, что у меня есть чувства к Эленари?

Сердце пропустило удар, и я поспешила высвободиться. Отодвинувшись, нервно ответила:

– Я же старая!

Мужчина широко ухмыльнулся, и я торопливо добавила:

– Не говори, что это не так! Я осознаю, что сейчас нахожусь в теле юной девушки. Но когда-нибудь вернусь в своё. Да-да! Я не могу быть настолько жестокой и бесстыдной, чтобы остаться такой на всю жизнь. Меня мучает мысль, что у Сирини ещё есть шансы на воскрешение. Ведь её магия так сильна!

Магистр потянулся ко мне, чтобы что-то сказать, но я не позволила, тут же продолжив:

– Я согласилась на эту авантюру только чтобы спасти моих дочек. Мне не важно, что Дайна сотворит с Андианом… Пусть хоть всю кровь у него выпьет! Но своих детей я в обиду не дам! Поэтому обещаю, что освобожу это тело, как только Мирини и Верини будут в безопасности.

И замолчала, тяжело дыша. Я так быстро тараторила, что запыхалась.

Фирран вздохнул и, откинувшись на спинку сидения, тепло посмотрел на меня:

– Как же быть? Похоже, ты всерьёз думаешь, что сумеешь сбежать от меня.

Уголки его губ приподнялись, но во взгляде не было и тени улыбки. Резко взмахнув кистью руки, магистр выпустил сноп ярких искр, и повозка наполнилась шумом. Стало слышно, как ругаются лавочники, перекрикиваются, здороваясь между собой, горожане, цокают по брусчатке копыта лошадей и скрипят колёса роскошных карет и старых телег.

А ведь ещё мгновение назад была тишина.

Фирран постучал в стенку повозки и громко назвал адрес.

Я похолодела: мы направлялись к склепу рода Эстелар!

Признаться, я ступала на порог склепа так осторожно, будто шла по яичной скорлупе. Грудь сдавило неосознанным страхом, и я не могла толком дышать. Как ни старалась найти достойную причину для паники, не получалось. Вывод один – я не желала возвращаться в своё тело! Это откровение резануло по сердцу, и к удушающему ужасу присоединилось ещё и душное чувство вины.

– Нари? – Фирран обеспокоенно всмотрелся в моё лицо и взял за руку. – Что случилось? Ты так побледнела!

Я не нашла в себе сил признаться, поэтому опустила голову и прошептала:

– Боюсь посмотреть на… себя.

И всё-таки запнулась, так как чуть не произнесла «на неё». Как мать двух дочерей, я и представить не могла, что когда-нибудь захочу навсегда забрать тело молодой и красивой девушки. Мне было ужасно стыдно за себя. Что, если бы какая-то женщина поступила так же с моим ребёнком? Я бы до последнего боролась и не позволила кому-то занять место одной из моих девочек.

«Я самый ужасный человек в мире!» – простонала про себя.

Вот только я уже не человек. Или да?.. Как всё сложно! Захотелось сбежать и спрятаться, но я сжала кулаки, стоя перед склепом, ведь от себя не убежишь.

«От какой себя?» – мелькнула мысль.

Осознав, что совершенно запуталась, я умоляюще посмотрела на магистра и с отчаянием в голосе спросила:

– Зачем мы здесь?

Фирран кивнул на мою руку, и взгляд мужчины сверкнул сталью:

– Твоя метка. Она ярче с каждым днём. Разве тебя это не пугает?

«Ещё как!»

– Скажу честно, мне это совершенно не нравится! – не дожидаясь моего ответа, с чувством выдохнул мужчина и посмотрел мне в глаза: – Я уже не раз намекал тебе, Рини, как ты мне нравишься… Всегда нравилась!

Сердце пропустило удар, а я затаила дыхание, недоверчиво глядя на магистра. Он привёз меня сюда, чтобы признаться в чувствах?

«Кому признаться? – тут же спросила себя. – Старой человечке или юной драконице?»

А Фирран сжал мою ладонь и проникновенно напомнил:

– В тот день, когда ты впервые оказалась здесь, я сказал, что давно и безответно влюблён в одну женщину и скрывал свои чувства, потому что боялся отказа.

Я молча кивнула, не отрывая испытующего взгляда от лица мужчины.

– Ты же догадалась, о ком я говорил?