Я помнила, что артефакт правды не обмануть, но обвести вокруг пальца можно. Надо лишь выбрать то, что меня тревожит, хоть чуть-чуть, и рассказать это с самым трагическим выражением на лице. Но при этом хотелось встревожить Дайну, вырвать из неё уверенность в себе, а лучше вывести на чистую воду, заставив проговориться и выдать себя.

– Подумала о родителях, – вздохнула я, и Дайна нахмурилась, но в ответ я лишь пожала плечами. – Понятия не имею, что с ними произошло на самом деле, и это меня расстраивает.

Это была правда, ведь с момента нашей ссоры я не получала от родителей ни одной весточки. В королевстве людей письма доставляли гонцы, а в Инлире было принято общаться с помощью магии. Человеку было непросто пересечь границу, для этого необходимо разрешение. Не говоря о том, что за проезд приходилось платить немалую цену.

Я пыталась писать родным, но ни разу не получала ответ.

Но Дайна подумала не о людях, от которых некогда сбежала дочь. Она вспомнила о своём муже, господине Эстелар, и о таинственно скончавшейся госпоже Эстелар. Возможно, с ней она тоже «дружила», изучая будущих жертв, как некогда получилось со мной и Андианом.

Красивые зелёные глаза Дайны тревожно заблестели, а изящные пальцы, сжимающие простенький кулон на груди, побелели:

– Ты что-то вспомнила? – сражаясь с волнением, она попыталась произнести это спокойным голосом. – Может, тебе что-то приснилось?

Я невольно улыбнулась, подумав о магистре:

– Ах, да. Сегодня мне приснился мужчина. Он говорил что-то о наваждении. Кажется, сказал, что околдован… Всё было, как наяву!

– Приехали! – вмешалась Мирини, и Дайна недовольно цыкнула на неё. Дочь шире распахнула глаза: – Что? Мы на лекцию Фиррана опоздаем, если будем рассказывать друг другу глупые сны.

Она торопливо выскочила из повозки, за старшей последовала моя вторая дочь, которая за время поездки не произнесла ни слова, а потом вышла и я. Не спеша обернулась и помахала рукой Дайне, ещё раз насладившись тревогой и растерянностью на её бледном лице, а потом направилась к зданию.

Только что означали эмоции на лице Дайны? Переживает, что Андиан приходил в мою комнату ночью? Или же я случайно произнесла нечто очень значимое?

«Наваждение, околдован… Всё было, как наяву!» – на ходу набрала символы на маглобе, чтобы не забыть и поделиться подозрениями с Фирраном.

– Эй, новенькая! Любишь украшения?

Услышав насмешливый голос Тафта, обречённо вздохнула. Этот юнец всё никак не угомонится! Подняла взгляд на молодого человека, который сидел в компании других адептов и поигрывал, подбрасывая на ладони какой-то блестящий предмет.

Миг, и у меня похолодела спина, когда я узнала кольцо, подаренное мне Андианом. Оно точно было в шкатулке, которую я забрала с собой, когда уходила из дома. Неужели потеряла его на площади, когда украшения рассыпались? Выходит, Мегар видел нас? Он что-то знает?!

Настоящая Сирини не узнала бы кольцо, и я решила действовать так же. Отвернувшись, поспешила к входу в здание, ведь занятия вот-вот должны были начаться, а ещё мне хотелось поскорее увидеть Фиррана.

«Он получил моё сообщение? – переживала я. – Догадался ли, что оно значит?»

Конечно, я надеялась, что мужчина ждал моих объяснений, и рассчитывала поговорить с магистром при удобном случае, но всё это вылетело из головы, стоило войти в академию.

Незадолго до этого я представляла широкий зал и множество лестниц, каждая из которых вела в крыло, где преподавали определённое направление, как было у людей. Но передо мной была темнота…

– Что?

Протянув руку, я пошарила вокруг, подозревая, что это некая магическая завеса, но ничего не нащупала. Сделала шаг, и дверь за спиной захлопнулась, а потом и вовсе пропала. Я запаниковала:

– Эй! Есть здесь кто-нибудь?

Вопрос прозвучал странно. Конечно, есть! Судя по тому, что к зданию стекалось столько адептов, что от яркой формы рябило в глазах. Но почему сейчас так тихо? Куда все подевались? И странно, что никто больше не заходит следом.

По спине побежали мурашки. Подумалось, что в академии есть какая-то система безопасности, и она распознала во мне подделку. Что теперь делать?

– Паниковать легко, – осадила себя. – А вот решиться на следующий шаг сложно.

Это я по себе знала, потому что, будучи замужем за драконом, закрывала глаза на очевидные намёки окружающих и надеялась, что всё наладится. Что Андиан вспомнит, как сильно меня любил, а дети поймут, что ближе мамы у них никого никогда не будет.

«Идиотка!»

Если бы я не отмахнулась от дурного предчувствия, когда замечала взгляды, которые Ноар бросала на моего мужа, если бы не уходила от дочек, когда они кричали, что ненавидят меня, а добивалась ответа, может, всё сложилось бы иначе.