Бедное мое кресло, лишь бы выдержало такого огромного чешуйчатого. Скептически оглядела дракона. Подождала пару секунд оглушительного “Бум”, представляя как мужчина растянется у меня по полу, как прибежит лекарь на помощь и удивится, что в его услугах нуждаются сразу два представителя семьи Обсидиана, сразу дурно стало.

Не два! Мысленно дала себе подзатыльник. Глупая привычка считать себя его женой.

Нет, все уже.

Обсидиан начинал терять терпение, видя как я, словно стервятник, жду от него определенного сценария. Но время шло, да и кресло держалось из последних сил, поэтому рискнула и села напротив.

— Вы сказали, что опросили лекаря… так что он вам сказал?

— Да. Он подтвердил все, что ты говорила перед камнем.

— Так ли все?

— Он не единожды помогал тебе залечить раны, когда тебя приносили ему слуги.

— Помогал мне? — нахмурилась. — Или Эленере скрыть следы ее причастия?

Температура в небольшой комнате упала. Лицо Дракона словно заледенело. Он застыл и я тут же пожалела о своих словах.

Не так уж это и важно. Особенно мне.

— Ран Леон — служит моей семье больше двадцати лет.

Я подняла руки в примирительном жесте и зашипела, кисть обожгло. Нырнула рукой обратно под воду.

Хорошо, еще один член его окружения, верность которого неоспорима.

Я поджала губы. Интерес в этом разговоре сошел на нет. Не хочу говорить с Обсидианом, не хочу чтобы он знал о моем интересе, о моих вопросах.

И вообще, почему он продолжает тут сидеть?

— Аманда. — уже спокойнее произнес Обсидиан. — Леон поведал мне о том, что Эленера желала изготовить для тебя зелье, которое сделает тебя бесплодной. Ничем подобным, он не промышлял. В твои снадобья добавлял только целебные травы и ничего более, что навредило бы твоему здоровью. Эти слова я проверил, он не соврал. Ты по прежнему можешь родить.

Я усмехнулась.

— Вы поэтому пришли?

К черту мое здоровье. Переломанные ноги и руки, важнее другое. Умение родить. И снова я важна не иначе как сосуд.

— Признайся, все эти месяцы… ты думала обо мне? Хоть иногда?

— Думала, — согласно кивнула.

Глупо отрицать, когда он сам услышал, что да. Не просто думала, но еще и спрашивала о том, что творится в его резиденции.

— Думала, но так ни разу и не навестила.

Я недоуменно уставилась на него, не улавливая столь резкий переход с лекаря на меня.

— А должна была? — пожала плечами.

Он подпер голову кулаком, вторую руку потянул в сторону и взял со книгу стола. В нашем мире ее называют “меню”, где перечислены виды пирожных и булочек. Правда наглядно показать, как они выглядят не удалось. Не изобрели еще фотопечать. Или и на это есть артефакт? Нужно узнать у Арбена об этом.

— О чем ты думаешь сейчас, Аманда? — дернулась, когда болтая ногой, задела его тело.

— О своем магазине, — мне нечего стыдиться.

Он усмехнулся.

Уголки моих губ медленно поползли вниз и я ощутила то отчаяние, от которого мне физически стало плохо.

— Я здесь, потому, что так и не принес тебе извинений, — он развернул ладонь, ожидая, что я вложу туда руку. Поняв, что этого не случился, он сжал пальцы в кулак и пересилив себя, продолжил. — Я был ослеплен. Не видел, что у меня происходит под носом.

— Высочество Обсидиан, — перебила, прокашлялась и перешла на официальный тон. — Вам не стоит изливать мне душу. Мы с вами больше никто друг другу. Я живу здесь, на территории короля Мориуса, вы и вовсе скоро покинете нас и отправитесь в свои земли. В драконий край. Давайте сойдемся на том, что мы оставим прошлые обиды и разойдемся как чужие друг другу люди. Такими и являемся.

— Нет, я скажу, а ты выслушаешь. — отрезал он. — Я никогда не любил тебя…

Я вскинула брови, от чрезмерной откровенности.

Он продолжил:

— И ты не любила меня. Наш брак — необходимость. Твой долг перед твоей семьей, как и мой, перед моими подданными. Я не принуждал тебя к близости. Не заставлял тебя проводить со мной время. Я жалел тебя. Берег твои нервы. День, когда мне сказали, что нашли для меня ту единственную, что способна родить — мое самое счастливое воспоминание. Но счастье, смешалось с ужасом, когда я почувствовал твой запах, там на балконе твоей семьи, где мне передали тебя. Тошнотворный, чрезмерно сладкий запах фрукта Дуриана. Запах тухлого яйца с нотой карамели.