— Миледи, прошу простить мои манеры, я бы поприветствовала вас, вот только силы покинули после стольких дней без еды и воды. Вы крайне радушная хозяйка, — я улыбнулась и незаметно прижала руку к сердцу, делая вид, что оказываю первой своё почтение, а сама, активировала амулет.

Время пришло. Действуй.

— Аманда, ну как тебе идут новые покои, твой цвет лица отлично гармонирует со стенами и полами… и крысами , такое же серое и унылое. Но мне нравится. Такой ты и должна оставаться до конца своих дней. — она сняла тонкую вуаль со своих пальцев, умело заправляя перчатки за пояс платья.

— Вы тоже. — вернула девушке комплимент.

Черты её лица искривились. Подцепила краешком своих туфель помои, так любезно оставленные ею же и подкинула их в мою сторону.

— Ты явно бредишь! Вот, подкрепись. Честно, хотела отдать собакам, но вовремя вспомнила о тебе.

Я лишь кивнула, ожидая, что будет дальше. Она нервничала. Бесновалась. Ей хотелось действовать, жёстко и цинично, но связанные руки, в виде моего положения, её сильно тормозили.

— Если на этом всё, можете идти, у вас столько дел. За короткий срок нужно вышивать научиться, — взглянула на неё из под опущенных ресниц. — жалование выписать капитану стражи. Он теперь вам служит? Ловко вы его у Величества Обсидиана переманили. Может скоро за него и на границу поедете, с оборотнями сражаться.

Мне нужно было услышать признание из её уст. Она подкупила стражу, и запугала слуг. Израсходовала бюджет замка исключительно на свои нужды, оставив половину особняка в разваленном состоянии.

Ну давай же, Эленера!

Время шло, а она сверлила меня своим недобрым взглядом.

Длинные пальцы показали жест и за её спиной закрылась тяжёлая дверь.

Она дождалась пока шаги стихнут и тогда, в её ладони возникло нечто узкое и плотное.

Она нарочито медленно приблизилась.

Резкий выпад руки и мою щеку обожгло дикой болью, что свалило с ног.

Не успела подняться, как вампирша подняла мою голову за пряди и развернула лицом к себе.

— Как ты посмела, говорить с моим мужем? — каждое слово через сомкнутые зубы. С яростным прищуром и дикой жаждой расправы.

— Не понимаю… О каком разе ты говоришь. Их было столько, что и не сосчитать.

Она взревела. Рука в моих волосах сжалась, вырывая куски и с силой приложила о стену.

— Тебя больше не спасут извинения. Я изуродую тебя так, как ты и должна выглядеть на моём фоне. Страшилище. Уродина, что не нужна никому, кроме её сопливой служанки. С ней я кстати тоже поквиталась, за то, что не хотела тебя потравить. И посмела не исполнять мои приказы.

Новый удар, а после, её нога отставила след на моих рёбрах.

Я задыхалась и хрипела, но мне нужно было продолжать разговор. Заставить ее признаться.

— Зачем тебе это? Величество Обсидиан и так твой. Ты избавилась от меня, когда заняла моё место, стала главной. Зачем ты продолжаешь меня изводить? К чему переселила в восточное крыло? Отчего врешь о моих непомерных запросах?

— Я должна быть всем, для своего мужа. Я приложила максимум усилий, чтобы стать его глазами и ушами в замке у меня всё налажено, пока ты не решила показать характер. Дрянь, посмела вытащить его из моей постели и угрожать мнимым разводом. А он, после, начал задавать вопросы, как я к тебе отношусь. Но и этого ему было мало, он узнавал о тебе и у слуг.

Заторможенными движениями, я облокотилась на локти и приподняла своё тело над полом. Из носа шла кровь, она была и на левой брови.

Будет синяк. Во рту чувствовался металлический привкус.

Эленера ударила наотмашь. Силы в вампирше было немерено. Ухватив меня поперёк тела, она швырнула в противоположную стену. Я пыталась цепляться за камни и должно быть, пообломала себе всё ногти, потому что болела каждая нервная клетка. Каждое окончание.

Я сплюнула скопившуюся густую смесь и улыбнулась ей.

— Неужели он начал сомневаться в тебе? Как и твои подруги, которым ты многократно врала о своих талантах, — цыкнула. — Как же неловко получилось.

Она с рёвом бросилась на меня, а я сумела поднырнуть под её рукой. Та развернулась и я ударила её лбом, точечно в её милый вездесущий нос.

— Ты гадкая безродная девка! — прошептала, неверуще разглядывая свои пальцы, которыми только-только ощупала пострадавшую часть лица.

Эленера смотрела на меня как на мелкую сошку, которая внезапно посмела показать зубы, с дикой яростью и предвкушением. Она начала обходить меня со стороны, как гиена ищущая слабые места и желающая отыграться.