Я оттолкнулась ладонью от двери и отошла от нее на несколько шагов. Изо всех сил стараясь выглядеть непринужденно. Мне нужно то, из-за чего я пришла и я это получу.

— Мне нужен крон. Артефакт, что помогает записывать и воспроизводить разговоры. Маркиза сказала, что он есть у вас.

Уже после этих слов брови Арбена изогнулись и ладонь в которой он держал свой бокал, замерла.

— И зачем же он тебе? — спросил оборотень, все-таки поднося бокал к губам.

— Это личное, но могу пообещать, что не собираюсь пользоваться этим артефактом во зло.

Арбен несколько секунд молча смотрел на меня. Буквально прожигал взглядом. Но, поставив бокал на стол, сказал:

— Предложение предусматривает и дары в ответ. Что можешь предложить?

— Денег у меня нет, — я подняла ладошки, как если бы показывала, что безоружна. — Но в будущем, я на собираю ту сумму, что вы назовете.

— Деньги меня не интересуют, — коротко сказал он. — Но я заинтересован в твоем теле.

— Нет. Этого не будет, — ответила жёстко. — Предложите альтернативу. Я надеюсь, что мы сможем договориться, но отдаваться вам я не собираюсь. Ни в коем случае.

— Меня умиляет, что ты пришла с прошением и пытаешься ставить условия, — от негромкого низкого голоса, по телу пробежала дрожь. И все так же прожигая меня взглядом, оборотень пошел в мою сторону. — Допустим, я подыграю вам и взамен, попрошу о… свидании.

— Я замужем, — сказала, поджав губы. Этот оборотень неисправим.

— Я говорил с маркизой, — его рука упёрлась над моей головой. — Ваш брак на грани и ты главная причина его разлада. А видя твоё упорство, убежден — бедолага скоро останется одинок.

Я напряглась. Он знал о вещах, которые я доверительно сообщала только лишь Авроре и не рассчитывала, что она поведает об этом третьим лицам.

— Знали бы вы, кто мой муж, не называли бы его так, — сказала, наблюдая за оборотнем из-под опущенных ресниц. — И держите дистанцию.

Я поднырнула под его рукой и увеличила расстояние между нами. Вряд ли генерал понимал, кем являлся муж служанки, его проклятой подруги. Так или иначе, недооценивать Обсидиана, может только полный глупец. Арбен им не был.

— Бывший муж, — поправил меня. — Крон хоть как-то поможет тебе избавится от помехи, в виде твоего несостоявшегося муженька?

— Почему несостоявшегося? — о бог Неба, я пожалею об этом вопросе.

— Я говорил. Чувствую в тебе Луну. А она не может быть запятнана другим, — сказал Арбен, прожигая мрачным, гипнотическим взглядом. Иначе почему я упустила момент, как он снова ко мне приблизился, я не знала.

— Не уверена, что поняла, о чем вы. Но, вы отдадите мне артефакт? — спросила жёстко. Переводя наш разговор на исключительно деловой тон.

— Взамен на свидание — да.

Я задумалась, неотводя от него взгляда, взвешивая всё за и против.

— Только когда все закончится и я получу развод.

Иначе нельзя. Я не усугублю своё положение и не дам осквернить своё имя пустыми слухами. Для начала, избавлюсь от Обсидиана, а потом, придумаю, как превратить наше первое свидание — в последнее.

— Договорились, — его пальцы объяло сияние. Из дымки красных всполохов, он достал трезубец, размером с небольшую брошь и протянул её мне.

Удобно, её не увидят под одеждой, но когда я ухватилась за неё, он рывком подтянул меня на себя, заключая в капкан грубых рук.

Я упёрлась в его широкую грудь вытянутыми руками.

Да он сошёл с ума! Я ведь говорила, что ему не на что надеяться, пока я замужем!

— Если вы хотели мне ещё что-то сказать, то сделали бы это с места. У меня хороший слух, я бы вас услышала!

— Оставь мне на память свой поцелуй, — тихо сказал он наклоняясь ко мне совсем близко.

— Я не раздаю авансов, — ответила холодно, уворачиваясь от его лица.

— А следует. Убеди меня, что тебе можно верить?

Он загнал меня в тупик своим вопросом.

— Если бы хотела провести, сделала бы это даже поцеловав. — его глаза на миг блеснули ярким огнём. Арбен сдвинул брови на переносице и глубоко вдохнул воздух над бьющейся венкой у моей шеи.

Его лицо чересчур близко.

— Хорошо, тогда, оставь мне свою… — носом прошёлся от шеи к щеке и дальше, к волосам. — Свою ленту.

— Зачем? — я попыталась отстраниться, но Арбен не дал.

— Так, я всегда смогу тебя найти. — он оскалился и вернул своему лицу суровую маску.