- Закрой рот, Егор, - бросаю взгляд в сторону водителя и поворачиваюсь к двум девчонкам. С виду студентки, только тут уже не до жира. Хорошо, что хоть кто-то, потом, может, и другие подтянутся. Больше ничего в голову и не пришло.

- Что за издание? - хмурю брови, потому что одна выглядит загнанным зверьком: глазки блестят и бегают. И куда такую выпускать к Архипову? Враз сложит.

- «Крайний полюс», - отзывается блондинка, и я вижу, как от движения головы принимается раскачиваться длинный хвост. Эта немного получше, но всё равно не тянет до уровня.

Ну да, приехали. Вообще никогда не слышал о таком издании. Было бы время, нашёл бы других, только Галя явилась, как снег на голову. Хорошо ещё, что Малышев предупредил. Не было бы его, она бы притащила свою задницу, не уведомив. С этим ещё предстоит разобраться.

А вот Архипов радует, всё, как по сценарию. Приехал, украл. Формально жена, тут не придраться, потому и следует подыграть, чтобы не сразу просёк, что к чему. Он же её в покое не оставит.

- Вы там понаглее, да? - даю наставления, смотря на брюнетку, и она затравленно кивает.

Зашибись. Между ней и наглостью прям тождество.

Отворачиваюсь обратно, смотря на дорогу, только маршрут какой-то не совсем правильный. Подтверждая мои мысли, Егор говорит.

- Не пойму, какого хрена он делает? Может, заметил?

Он прав. Поворот на мост проехали, только Архипов явно не туда, куда я предполагал. Он едет дальше. У нас тачка неприметная. Ментовская явно не для такого дела, а вот ствол на всякий с собой. Чёрт его знает, как буду отчитываться, остаётся надеяться, что он не понадобится.

- Да, - отвечаю на звонок, слушая знакомый голос, и тут же оборачиваюсь, вглядываясь в номер тачки, а потом усмехаюсь. - Спасибо. Егор, на обочину съедь, - прошу друга.

Он смотрит на меня, как на идиота, не сбавляя скорости.

- Да нормально всё, тормози! - слышу в своём голосе приказ, и он подчиняется, а мимо проносится чёрная Toyota, и я задумчиво смотрю, как обе машины стремительно удаляются.

- Ты придурок? - накидывается на меня Егор, только я не спешу отвечать. Все мышцы напряжены, будто поднимаю вес больше, чем могу взять. Если чуйка ещё работает, Архипов сейчас вернётся. Только точки всё меньше и меньше. Разворачивайся же, твою мать.

- Ты отпустил свою тёлку, - не унимается напарник, а я смотрю на экран телефона. Ещё немного и заставлю Егора гнать под 160, чтобы успеть. Минуты перекидываются одна за другой, пока он сетует и, наконец, впечатывает кулак мне в плечо. - У тебя инсульт что ли? - кривится его лицо.

- Она не тёлка, - решаю уточнить, - и тем более не моя.

Наверное, девчонки сзади вообще охреневают от происходящего.

Кажется, даже сам слышу в голосе какую-то грусть, только последнее, что мне надо, чтобы все вокруг копались в моей голове и внутренностях. Туда я пущу только патологоанатома, да и в тот момент вряд ли он будет у меня спрашивать согласия.

И, когда я готов сорваться, телефон снова звонит.

- Разворачивайся, едем в город, - командую, всматриваясь в дорогу. Следует сделать так, чтобы Архипов нас не заметил, только на месте мы всё равно должны быть.

- Что?! - чуть ли не орёт Егор. - Да какого…

- Да едь уже! - ору ему в ответ, и он, исходя красными пятнами, которые у него бывают в период крайнего негодования, даёт по газам, оставляя на асфальте чёрные полосы.

- Кусок дебила, - ругается в мою сторону, только я и сам бы себя придушил. Но не хочу лишний раз объяснять, что Малышев тоже решил поучаствовать в представлении. - Ехать куда?

- На адрес.

Галчонок не говорила. Она не вдавалась в подробности того, что между ней и Стасом происходит. Я не спрашивал. Просто убрался с глаз долой, чтобы дать возможность понять самой. Всё, как обычно. Она портит свою жизнь, я не отсвечиваю. И девочка решила. Она сбежала.

После того, как Стас усадил её в самолёт, он звонил.

- Тебе повезло, - были его первые слова.

- Спасибо, у нас с работой взаимное. Любовь. Мы всегда вместе.

- Ты понимаешь, о ком я.

- Нет.

Да. Я понимал, что он о Гале, которая сама себе на уме. О том, что их история больше не имеет продолжения. Потому что взять и свалить из города, где можно просто любить друг друга, и никто не нарушает идиллию, надо быть идиотом.

Идиоткой. И Галчонок не такая. Потому я и сошёлся с ней в моменте. Она всегда была сильной. Даже в школе, хоть и мнила себя иной. А я молчал. Трусость или благородство?

Дурость.

Тот случай, когда ждёшь, что поймёт сама, и приходится ждать вечность. Смотреть, как влюбляется, наступает на грабли, хоронит себя заживо, а потом возрождаешь и терпеливо ждёшь момента, который снова уходит к другому.

Пытаешься заменить её другими, но ничерта не выходит. Будто всё суррогат, потому женишься на работе.

Как-то так.

Приезжаем прилично раньше, вставая на свободное место.